Беклемишев Иван Никитич

(?-1525)

Иван Беклемишев по прозванию Берсень (что значит — крыжовник) в разрядных книгах именуется “сыном боярским”. Он участвовал в великокняжеской Думе и был одним из выдающихся дипломатов и деятелей в царствование Ивана III и Василия III.

При Иване III Беклемишев исполнял ряд важных дипломатических поручений. За светлый ум, быстрые, удачные советы, точное исполнение всех поручений великий князь питал к нему особенное расположение. В 1490 г. Беклемишев был приставом при германском после Делаторе, приехавшем в Москву от императора Максимилиана, искавшего руки дочери Ивана III и союза с ним против польского короля. Через два года Беклемишев был отправлен послом к Казимиру IV, а в 1502 г. вел переговоры с Менгли-Гиреем, крымским ханом. Беклемишев пользовался большим уважением Ивана III и влиянием при дворе и в боярской Думе, К его заступничеству перед великим князем обращались даже опальные князья (например, Василий Михайлович Верейский).

Однако при Василии Беклемишев стал постепенно впадать в немилость как человек, отличавшийся крутым нравом и считавший право совета существеннейшей прерогативой боярства. Крупное столкновение Беклемишева с великим князем произошло во время Литовской войны. Беклемишев позволил себе в Думе противоречить великому князю и получил в ответ: “Поди, смерд, прочь, не надобен ми еси!” После этого Беклемишев находился в удалении от двора и дел. Свое недовольство опальный думец высказывал Максиму Греку в интимных беседах (у Максима вообще бывали представители боярской оппозиции того времени). Сторонник старины, “дедины”, Берсень еще со времен женитьбы Ивана III на Софье Палеолог часто выражал сожаление о том, что на Руси завелись новые порядки: “Как пришли сюды грекове, ино и земля наша замешалася”. Великого князя Василия он осуждал за строгость и за приверженность к Греции. “Переменил князь Василий старые обычаи, старших не почитает, ныне государь, запершись, сам-третей все дела у постели решает!” — твердил он. Беклемишев осуждает Василия за нелюбовь к “встрече”, за “несоветие”, “высокоумие”, за “упрямство” и за то, что он “переставляет обычаи”. Недоволен Беклемишев был и митрополитом, угодничающим перед великим князем.

Об этих беседах узнали при дворе, и Беклемишев был привлечен к делу Максима. Вдобавок Грек показал на допросе, будто Берсень говорил дерзкие слова против государя по поводу его развода с Соломонией Сабуровой и осуждал митрополита Даниила, разрешившего этот развод.

Дело закончилось для Беклемишева смертной казнью. Зимой 1525 г. он был обезглавлен на Москва-реке.