Джованни Папини

Д. Михальчи

Папини Джованни (Giovanni Papini, 1881—) — итальянский писатель. Р. во Флоренции в бедной мещанской семье. О воспитании, детстве и юности П. дает много сведений его автобиографический роман «Конченный человек». Творческий путь П. крайне извилист. «Капризный бродяга без руля», как писатель сам себя называет, П. в поисках выхода из мрачного лабиринта, каким ему рисуется жизнь, все время мечется, проходя в порыве искания стадии от футуризма через буддизм, анархизм и атеизм до фашизма и католицизма. П. не посягает на капиталистический строй, даже когда «бунтует» против него; его «бунт» всегда сугубо индивидуалистичен, метафизичен, часто это всего лишь протест против филистерства, не способного устремляться в царство «духа», «великих дарований». В этом отношении показателен его приход к фашизму, венчающий «искания» писателя. Судьба П. типична для большого количества мелкобуржуазных писателей современной Италии, среди которых П. занимает выдающееся место. Наделенный значительным талантом, широко образованный, П. принадлежит к числу виднейших итальянских писателей XX в.

В своем первом сборнике новелл 1903 «Il tragico quotidiano» (Трагическая ежедневность) он показал себя парадоксальным новатором, изобретательным фантастом. Стремясь «подчеркнуть в природе и жизни невидимое, мучительно-загадочное», П. создает «род абсурдных, невероятных и нереальных историй», глубоко изощренных и болезненно утонченных. Он тщательно работает над языком, над формой, достигая здесь своеобразной виртуозности. Годы сотрудничества в «Voce» (1908—1916) и последующие (1916—1920) — период наибольшего расцвета П. Буржуазная критика поет дифирамбы П., буржуазный читатель преклоняется перед ним. Крупнейшим созданием П. этого периода может считаться автобиографический, необычайно остро и темпераментно написанный роман «Un uomo finito» (Конченный человек, 1913). Эта книга — своего рода исповедь П., в которой он с беспощадной откровенностью излагает историю своих порывов и падений. Окруженный «темным и страшным миром», П. то видит в себе апостола, которому суждено «спасти» человечество, то осознает себя «конченным человеком», опустошенным и ничтожным. Книгу завершают слова: «И если я уже не представляю собой более ничего, то это потому, что хотел быть всем». Этот роман П., лучшее из написанного им, является ярким документом колебаний и метаний мелкобуржуазной интеллигенции на рубеже XX в., когда в связи с переходом капитализма к империалистической стадии своего развития заметно усилилось наступление крупного капитала на широкие слои мелкой буржуазии. Значительно менее ярки фрагменты П., собранные в «Opera prima» (1917) и «Giorni di festa» (1918), содержание которых взято из

воспоминаний детства и повседневных наблюдений. Переходя в лагерь футуристов, П. увлекается только боевой стороной их деятельности, их проповедью «великой Италии», борьбой с академизмом за «абсолютную свободу», освобождение от «исторических кладбищ» и т. п., не разделяя однако положений поэтики футуризма. Он обнаруживает крайний «радикализм», нападая на учреждения и нравы буржуазии, однако этот «радикализм» никого не вводил в заблуждение, так как по существу речь шла лишь об эпатировании буржуа-мещанина.

В годы войны Папини выпускает работу о Кардуччи, с которым крепче всего связан по линии литературных традиций. В годы, когда в Италии резко обострилась классовая борьба и на горизонте появился призрак пролетарской революции, П. приходит к католицизму и через него к фашизму. В 1920 он выпускает «Storia di Cristo», трактуя Христа по-толстовски. П. проповедует необходимость непротивления злу, борьбу за уничтожение денег и воспринимает христианство как некую высшую ступень революционного сознания. Дальше своеобразного «евангельского социализма» П. не идет, он не только не призывает угнетенные классы к борьбе, но всячески доказывает ненужность, «неразумность» ее. Стихи сборника «Pane e vino» (1926) отмечены печатью францисканского смирения и простоты. За последние годы появляются почти одновременно две крупные вещи П. — книга о блаженном Августине «San Agostino» (1929) и «Gog» (1930). Наибольший интерес представляет «Гог» — произведение, как отмечает критика, формально очень своеобразное, не подходящее под традиционные определения канонического порядка. В центре произведения — метис Гог, сын белого и девушки маори, с которым автор связывает проблему расовой наследственности. Для интриги П. вводит в «Гог» встречу автора с героем в доме умалишенных, где автор получает дневник без датировки и последовательности изложения. П. затрагивает также в «Гог» самые различные вопросы науки, искусства, техники, дает портреты самых необыкновенных и интересных типов. Пытаясь наметить критику современного буржуазного общества, он однако не поднимается даже до остроты своих ранних произведений, — сатира «Гога» крайне поверхностна; стоя на почве буржуазной действительности, Папини чаще всего просто эпатирует буржуазного читателя, не думая вовсе о борьбе с основами капиталистического строя. В 1933 Папини выпустил книгу о Данте («Dante vivo»). Став католиком и фашистом, П. в статье «Il Croce e la Croce» стремится убедить Б. Кроче в правильности своего «обращения», приводя в пример еще Честертона, Вуста и тем самым лишний раз подтверждая, что эволюционный путь, проделанный им, — удел многих представителей мелкобуржуазной интеллигенции Зап. Европы. Но придя через католицизм к фашизму, П. не встал в фашистские ряды столь же безоговорочно, как нап