Терроризм и криминал

Введение.

Наверное, сегодня уже почти невозможно найти человека, который бы не слышал про терроризм. И именно суть данного явления предполагают столь широкую известность данного термина. Однако, чтобы исключить слишком однозначные трактовки в понимании современного терроризма, необходимо более детальное знакомство с теоретическими исследованиями в данной области. Описание терроризма как явления с теоретической точки зрения хорошо выражено в статье В.В. Витюка и И.В. Данилевича "Терроризм как политический феномен и как теоретическая проблема":
"Первоэлементом терроризма, его ядром является террористический акт. Под террористическими актами имеются в виду факты вооруженного насилия, являющиеся покушениями на жизнь, здоровье, безопасность людей с целью их устранения или принуждения к определенным действиям. Сюда же можно отнести действия, имеющие целью принуждение или запугивание путем лишения свободы или нанесения значимого материального ущерба (взрывы на предприятиях, их поджоги, выключение электроэнергии и т.д.).
Сегодня понятие "террористический акт" употребляется в основном в двух аспектах. Первый - формальное и расширительное понимание, исходящее из критерия применяемых средств, второй - более узкое понимание, содержательное, связанное с представлением о цели и направленности насильственного акта. Этот акт, безусловно, характеризуется соответствующими терроризму средствами: выстрелами, взрывами, похищениями людей и т.д. Вопрос, однако, заключается в том, что сами эти средства и результаты их применения характерны не только для собственно террористических актов, но и для ряда иных форм насильственных действий, в том числе уголовной преступности. Благодаря этому возникает соблазн отождествлять с террористическими любые подобные акты, что особенно распространено в житейском обиходе, в прессе и в выступлениях недостаточно компетентных политиков.
С подобного рода расширительным толкованием террористического акта (а через него и терроризма как такового) столкнулись уже европейские и американские политологи и социологи в конце 70-х -80-х гг. Они почти единодушно выступили против такого спутывания понятий, подчеркнув необходимость отличать `террористические акции на эгоистической основе от актов, содержащих политический смысл`. `Терроризм, - подчеркивал Б. Крозье, директор лондонского Института по изучению конфликтов, - есть мотивированное насилие с политическими целями` . `Терроризм, - отмечал один из известных исследователей этого явления общественной жизни, Я. Шрайбер, - держится не на любом насилии, хотя насилие есть главное и существенное его оружие, но на программных установках...`. Аналогичные соображения высказываются и большинством других авторитетных зарубежных исследователей терроризма. Те же позиции заняли и отечественные исследователи терроризма в 80-е гг. Положение об идеологически мотивированном насилии с политическими целями существенно как для характеристики сущности самого террористического акта, так и для преодоления постоянно возникающего заблуждения, в силу которого сам факт убийства (покушения на убийство и угроза убийства) признается террористической манифестацией. Под такого рода подходы подводят иногда различные теоретические основания исходя из того, что убийство или покушение на убийство часто бывают внешне тождественны собственно террористическому акту.
Террористический акт.

Употребление понятия `террористический акт` применительно к различным формам насильственной деятельности, опирающейся только на насильственность действия, само по себе является достаточно устоявшимся и распространенным. С этим приходится считаться. В этом отношении зарубежные террологи поступают по-разному, одни, как Левассер, отождествляют террористический акт с `террористической манифестацией` или аналогичными понятиями. Другие, как Шрайбер, используют само понятие `террористический акт` широко, но в применении именно к терроризму дают ему определенную конкретизацию: `Политическим делают террористический акт его мотив и направленность`. Однако, с нашей точки зрения, в теоретическом плане расширительное употребление понятия `террористический акт` не вполне корректно.
Притом, что террористический акт является первоэлементом терроризма, единичное покушение, будучи иногда очень важный историческим и политическим фактом, само по себе еще не свидетельствует о наличии в общественной жизни терроризма как социального феномена. Последний предполагает наличие группировки, сознательно избравшей в качестве основной формы своей деятельности террористическую борьбу. Отсюда вытекают два взаимосвязанных признака терроризма как социального феномена: во-первых, систематический характер осуществления тактики террористических покушений; во-вторых, наличие соответствующей организации и построение этой организации как целостной структуры, создающей необходимые условия как для непосредственного осуществления покушения, так и для информационного, финансового, технического и т.д. обеспечения собственно террористической деятельности.
Современные сложившиеся террористические организации - это не просто группки ожесточившихся заговорщиков, а целые концерны с мастерскими, складами, убежищами, типографиями, госпиталями, лабораториями и т.д. Их персонал состоит из идеологов и практиков, руководителей и исполнителей, специалистов по убийствам, диверсиям, угону автомобилей и изготовлению фальшивых документов, лиц, отвечающих за финансы, разведку,