Религиозные памятники Евпатории

Свято-Николаевский собор

Этот храм построен на месте старой греческой цер­кви. Он был заложен 11 июля 1893 года (по старому стилю) в память об освобождении города от англо-фран­ко-турецких войск и торжественно освящен 16 февра­ля 1899 года преосвященным Никоном, епископом Воль­ским. Здание, рассчитанное на две тысячи прихожан, проектировал архитектор А. И. Бернардацци. Оно по­строено в византийском стиле, с подчеркнуто большим, даже огромным куполом.

Протоиерей Яков Чепурин затратил на строитель­ство все личные средства, заложив домашнее имуще­ство, посвятил богоугодному делу всю свою энергию, всю душу — и не дожил до освящения храма. Здесь, под стенами, осталась могила самоотверженного христиани­на; его именем названа церковно-приходская школа. Рядом с Чепуриным похоронен доктор Н. А. Оже, впервые научно обосновавший грязелечение — дело, которым живет Евпатория сегодня.

По высоте, площади и по вместимости этот храм в настоящее время — первый в Крыму. Уступает он лишь находящемуся на реставрации Владимирскому собору в Херсонесе. Первоначально собор замышлялся почти без росписи: белые стены, окна без витражей и светлое бе­зоблачное небо, с которого Христос глядит в широко раскрытые глаза прихожан. Только в 70-е годы XX века начали покрывать стены орнаментами.

Покровитель мореплавания и торговли Николай Угод­ник особо почитается бесстрашными и бесшабашными моряками. Более того, это единственный из святых, поминать которого бранным словом запрещает неписаный морской закон, что бы ни случилось на море. И военные моряки, и торговые, и даже богохуль­ники-пираты — все, со времен зарождения христианства, почитали и почитают Николая Чудотворца. Многие хранят его образ в меда­льонах рядом с фотографиями близких. Традиция эта неотделима от Евпатории — города морского и в прошлом купеческого.

Мемориальная доска слева от входа напоминает о посеще­нии собора российским императором. В мае 1916 года он при­был в Евпаторию на открытие госпиталя имени императрицы Александры Федоровны. Это был последний приезд августей­шего семейства в Крым. В собор Святого Николая приходил царь Николай, тоже причисленный теперь к лику святых.

В советское время служба в храме прекратилась, а в 1942 году немецкие оккупанты вновь открыли его, как открывали все молитвенные заведения (даже синагоги), — лишь бы они рабо­тали против большевиков. Старожилы рассказывают, что на от­крытие пришли в парадной форме немецкие и румынские офи­церы. К торжественному моменту — видно, это было угодно Святому Николаю — с якоря сорвало большую донно-якорную мину (как потом выяснилось, времен первой мировой войны). Мина прибилась к берегу и, выброшенная волной на песок, взор­валась. В соборе взрывной волной выбило стекла; перепуган­ные румыны в ужасе повалились на пол, а немцы продолжали стоять, только сильно побледнели. Все, должно быть, подумали, что это действия партизан.

Кончилась война, прошли десятилетия. Постепенно менялось отношение власти к культовым сооружениям — на них начинали смотреть как на объекты культурной ценности. Был даже проект позолотить купол Николаевского собора; исполком дал разреше­ние православной общине на закупку золота. Но началась инфля­ция, и золочение купола отложили на неопределенное время...

На прощание поглядим на крест, венчающий собор. В про­шлом он был вдвое больше, и на него смотрели, уходя от родного берега, труженики моря, искатели опасных, но, как видно, увлека­тельных приключений. Смотрели с надеждой.

Мечеть Джума-Джами

Краса и гордость Евпатории — два ее минарета тоже слу­жат своеобразным маяком для тех, кто уходит в море. Они же помогают разобраться в лабиринте улочек «Старого города» и найти выход к набережной. Чтобы не заблудиться, нам тоже надо чаще поднимать голову и смотреть на эти минареты.

Считается, что мечеть Джума-Джами была построена Ход­жи Синаном ибн Абдулменнаном, одним из самых известных зодчих мусульманского мира. Мимар (архитектор) Синан ро­дился в деревне Аирнас в Малой Азии в семье греков-христи­ан. Полагают, что его настоящее имя было Христодулу. В 1512 году Синан был привезен в Стамбул и стал янычаром (так называли обращенных в ислам юношей, составлявших отборную пехоту турецких султанов). О жизни архитектора сложены ле­генды. Говорят, еще юношей Синану удалось во время военного похода, навести мост-переправу через болото, и за это султан назначил его старшим архитектором. Большего доверия заслу­живает другая история. В 1538 году во время военных действий в Молдавии Синан навел мост через реку Прут за тринадцать дней и тем заслужил высокую оценку султана Сулеймана I — назначение главой имперских архитекторов. В этой должности Синан пробыл пятьдесят лет. Как военный инженер он строил мосты, акведуки, водопроводы, фонтаны, подземные ходы и кла­довые, как архитектор — возводил мечети, медресе, мавзолеи, караван-сараи, приюты и дворцы. Он строил не только в Тур­ции. Шедевры Синана сохранились в Сирии и Македонии, Бос­нии и Герцеговине. За свою долгую жизнь Синан построил более четырехсот зданий (131 мечеть, 55 медресе, 19 мавзолеев, 7 библиотек, 17 караван-сараев, 31 дворец, 35 бань и множество других сооружений). Постройки Синана подчинены всепобеж­дающей логике геометрических форм. Они строгие, почти суро­вые снаружи, а внутри поражают разнообразием и обилием мно­гоцветного убранства, чем вполне отвечают мусульманской идее