Психологическое изучение террористической угрозы

Введение

Говорить о терроризме невозможно не затрагивая вопросы власти и доминирования. Для целей данной работы власть – это возможность менять либо физическое пространство (территории, физические объекты там расположенные, население), либо психическое пространство людей (пространство мыслей, образов, идей, надежд, страхов и т.д. – всего того, что производиться человеческой психикой), а как правило – и то, и другое одновременно. Носители власти – всегда конкретные люди. Инструментами же осуществления власти выступают физическое и психическое воздействие в совокупности, которые проявляются в навязывании определенных идей, образов, идеалов, культурных и религиозных традиций.

Логика терроризма

Результатом осуществления власти является расширение личностного и общинного пространства того человека, той группы людей, той культуры, которые являются носителями власти. Степень властвования может разниться от формально внешней (когда внутренняя сущность подчиненных власти людей не меняется, а лишь маскируется под требования, которым невозможно не подчиниться) до глубинной (когда властитель целиком овладевает психическим пространством, меняя его под свои идеи и вытесняя те властные сущности, которые находились там прежде).

В первобытном, рабовладельческом, меньше – в феодальном обществах власть реализовывалась, прежде всего, как физическая мощь и насилие. Позже к ним добавился разум, выражающийся, в том числе, во владении товарами и орудиями – предметами мены, в своем конечном варианте превратившимися в деньги. Власть стала актуализироваться в форме идей и представлений, в широком смысле – культуры и идеологии. Таким образом, территориально-физическая и психическая составляющие власти развивались и усложнялись вместе с развитием цивилизации.

В пределе, общества и группы людей, находящиеся на ранних исторических стадиях развития не умеют оперировать с такими властными сущностями как идеи, и даже деньги. Поэтому попытки поменять их власть, выражающуюся в физическом обладании территорией и предметами, на деньги и «культуру и образование» ведут к утрате ими власти. Власти не только над общественным устройством, но и над самой своей жизнью. И они гибнут, не в силах «переварить» и присвоить, предлагаемый им «властный эквивалент». Таким образом, погибли все коренные культуры Америки, Крайнего севера России, Австралии и многих других территорий. При этом обмен, с точки зрения более развитой культуры, может быть вполне честным, но именно с позиции развитой культуры.

Тут необходимо отметить, что в подавляющем большинстве случаев в качестве террористов выступают представители культур и этносов, оказавшихся аутсайдерами, не способных оперировать новыми инструментами власти (в первую очередь информацией и идеями), но обладающих собственной идентичнсотью и отстаивающих ее.

В связи с распространением различных так называемых «новых религиозных движений» – культов и сект, участники которых заканчивают жизнь массовым самоубийством («Храм Ордена Солнца», «Народный храм») или совершают террористические атаки («Аум Синрикё»), проблема психологического контроля над сознанием человека становится одним из важнейших предметов исследования. Поскольку в вышеперечисленных случаях речь идет о сходных (само-) деструктивных установках и действиях людей, можно полагать, что в подобных «религиях» имеет место значительное влияние на сознание людей со стороны групп, в которых они состоят.

Психологи и психиатры с 60-х гг. ХХ века предпринимали попытки объяснить этот феномен, используя метафорическое словосочетание «промывание мозгов». Это выражение впервые было употреблено в названии книги американского журналиста Э. Хантера «Промывание мозгов в Красном Китае» 1951 г. и является переводом китайского понятия hse nao (букв. «промыть мозг»), но вряд ли может претендовать на объективность и научность. В связи с этим предлагается использовать термин «психологический контроль» как более точно отражающий суть изучаемого феномена.

Одним из главных специалистов, обратившихся в своих работах к этой теме, был американский психиатр Дж.Р. Лифтон. На основе бесед с китайскими политическими заключенными и сектантами «Аум Синрикё», он выделил ряд факторов, свойственных организациям, практикующим психологический контроль над своими членами.

К таким факторам относятся: 1) контроль за общением внутри группы; 2) использование своего словаря, «обновление языка»; 3) требование «чистоты», т.е. следование системе ценностей группы; 4) признания людей, подвергающихся внушению 5) обращение к мистике и эзотерике; 6) давление группы над человеком, интерпретация жизни каждого члена с точки зрения группы; 7) недоступность и святость лидера группы – «гуру»; 8) убеждение человека в избранности его существования.

Американский психолог Эдгар Шейн предлагает свою теорию, разделяющую процесс психологического контроля на три этапа. Первый этап – «разморозка». Его цель – путем признаний и переосмысления ценностей вызвать кризис идентичности человека, уменьшив таким образом сопротивление новым закладываемым установкам. Второй этап – «изменение». На этом этапе человек берет пример с более старших участников группы, перенимая их взгляды и мировоззрение. Постепенно он начинает думать, что он сам дошел до этих мыслей, и в этот момент происходит кардинальное изменение психологии индивида. Третий и последний этап – «заморозка». Благодаря отторжению группы от окружающ