Цветовосприятие и цветопредпочтение как гендерная характеристика

Е.В. Мишенькина

На сегодняшний день можно считать принципиально доказанным, что отношение человека к цвету и его восприятие цвета носят достаточно выраженный гендерный характер. Имеются определенные данные о зависимости цветовосприятия от физиологических особенностей зрительных органов мужчин и женщин, равно как и от работы правого или левого полушария мозга. Полоролевой диморфизм проявляется и в цветопредпочтении. Для примера: согласно данным эксперимента, мужчины в массе предпочитают прежде всего красный, зеленый и фиолетовый цвета, в то время как женщины – желтый, голубой и пурпурный [7. С. 139].

Как известно, понятие нормы лучше всего определяется через отклонения от нее. В этой связи можно упомянуть об интересных данных о том, как меняются цветопредпочтения по мере изменения внутреннего полового самоощущения человека (речь идет о транссексуалах, гомосексуалистах, мужеподобных женщинах и женоподобных мужчинах) [7].

Разумеется, четкие разграничения здесь принципиально невозможны, так как в каждом отдельном случае приходится говорить о степени выраженности того или иного пола. Кроме того, общеизвестны трудности, связанные с особенностями цветовосприятия и цветопредпочтения в зависимости от национальной, конфессиональной и социальной принадлежности человека.

Впрочем, на нынешнем этапе исследования, несмотря на явные достижения, пока трудно доказательно обсуждать гендерный аспект цветовосприятия и цветопредпочтения просто в силу недостаточной разработанности вопроса.

Цель данной статьи видится в попытке собрать и как-то осмыслить некоторые факты, проливающие свет на половой цветовой диморфизм. Полное описание такого диморфизма представляется пока невозможным, поэтому речь может идти лишь о постепенном накапливании фактов. Особенности того или иного цвета, не связанные с гендерными проблемами, ниже рассматриваться не будут.

Начнем с белого цвета. Изначально он трактовался двуаспектно: как символ порождения жизни и ее завершения, смерти [11. С. 35]. В древних обществах он мог олицетворять союз мужчины и женщины (цвет семени) и союз матери и младенца (цвет молока). Белым цветом наделялись такие свойства человека, как сознательное исполнение долга, социальная сплоченность, сохранение традиций, память. Белизна служила и неизменным символом женских качеств [1. С. 304].

Луна олицетворяла мужчину и считалась первым космическим партнером созревшей девушки, а девушка получала цвет своего партнера, то есть белый [11. С. 305].

В принципе современное восприятие белого цвета мало отличается от древнего. По мнению современных психологов, женщинам в белом свойственны бескомпромиссность, некоторая холодность сердца и отсутствие кокетства [7. С.63]. Белый цвет обычно считается утверждающим – в противоположность отрицающему черному. Женщина, одетая в белое, внушает мужчине больше уважения, потому что белый цвет отгоняет недобрые и грешные мысли – другими словами, разгоняет темноту.

Из уже сказанного видно, что черный цвет можно считать в известном смысле антиподом белого. С. Цвейг говорил о «черном флаге аморализма», противопоставляя черный цвет белому цвету общепринятой морали [13]. Кроме того, интересно отмеченное этнографами магическое восприятие первобытными Ярославский педагогический вестник. 2004. No 1-2 (38-39) племенами черного цвета: чернение женских гениталий с целью усиления полового влечения. Мистическое влечение к женскому лону в мифах тоже может быть привязано к черному цвету: Ср. «Дщери Иерусалимские! Черна я, но красива…» (Псн. П.1, 4) [2]. Отмечена прямая близость черного цвета и материнского начала (рождение из черного и ночь как мать зарождения) [9].

В этом смысле загадочным остается то обстоятельство, что мрачность черного цвета никак не сказывается на чрезвычайной популярности этого цвета у женщин, это до сих пор удивляет психологов: нравится одно, выбирают другое, а носят третье [1,3,6,7,8]. Очевидно, здесь можно усмотреть противоречивость так называемой женской логики, которой, разумеется, нельзя отказать в последовательности: на уровне сознания нравится белый (требование общества соблюдать безупречную чистоту), подсознательно предпочитается черный (желание власти и контроля), для мужа выбирается серый (промежуточный между первым и вторым, сочетание качеств белого и черного).

Красный цвет в гендерном плане противоречив и достаточно нелогичен.

Так, если в могильниках древних обществ красной охрой посыпали тела умерших в знак воскрешения из мертвых, то перед охотой мужчины красились в красный цвет, наоборот, – для придания своему духу энергии, активности и бесстрашия. В Древнем Египте красный или красно-коричневый являлся цветом богов и мужчин. Красный цвет украшал одежды иудейских первосвященников и воинов: щит героев Израиля «красен, воины его в одеждах багряных (…) в день приготовления к бою» (Наум 2,3) [2]. Гете писал о предпочтении красного цвета «энергичными, здоровыми и малокультурными людьми» и отмечал склонность к нему у диких народов [4].

Обыкновенно красный и сегодня ассоциируется с мужским активным принципом, с кровью и огнем. В этой связи наводит на размышления пристрастие первых «новых русских» к пресловутым малиновым пиджакам.

В древних обществах красным цветом наделяли шаманок. Именно этим цветом характеризуется и экстремальное состояние женщины при менструации и родах. Экстремальные женские состояния являлись постыдными, это дает возможность предположить, что мужск