Стратегии успеха Александра Македонского

Эта идея для миллионов людей стала стимулом к надежде. Прекраснее всего ее выразил Хемингуэй в своей притче "Старик и море": человека можно победить, но нельзя сломить, и даже в своем поражении он может обрести величие и удивительное достоинство.

Автор: Ганс Христиан Альтманн, один из крупнейших экспертов по мотивации, автор бестселлера "Sternstunden der Fuhrung: Die besten Motivationsstrategien der Geschichte — fur Fuhrrugskrafte von heute". Материал публикуется на русском языке впервые в сокращенном переводе с немецкого.

Естественно, нам абсолютно чужды ценностные представления Александра и его соратников. Потратить десять лет жизни, чтобы завоевать чужую землю, выдерживать чудовищное напряжение, и все это для того, чтобы сделаться героем гомеровского образца, героем стойким в блестящих приключениях и бессмертным в своих победах или в славной смерти, — все это нас вдохновить не может.

Сегодня мы знаем, что этот мир лишь в том случае сможет выжить, если люди и народы возвысятся до отказа от политического, религиозного, расового и экономического противостояния, до взаимной терпимости и мирного сотрудничества. Это должно обострить наши чувства, когда мы имеем дело с великими личностями истории.

Прикладывать аршин сегодняшнего понимания демократии, уважения к правам человека, требования невмешательства и ненасильственных действий по истечении двух тысяч лет мучительного политического опыта было бы несправедливо по отношению к таким историческим личностям, как Александр Македонский. К тому же это лишает нас всякой возможности отнестись к ним объективно.

Александр и его соратники были людьми своего времени, идеалом которого было стать героем. Естественно, нам странно узнавать о том, как Александр принуждал своих воинов к планам захвата мира и подвергал их бесчеловечным испытаниям в пустыне. Но не будем забывать: все эти македонцы последовали за ним в Персию добровольно. У них была возможность отказаться. А они — и об этом также нельзя забывать — отправились, ибо не меньше Александра жаждали славы, добычи, приключений и бессмертия. Никогда не последовали бы македонцы на целые десять лет в Персию за кем-то, кроме «героя», т. е. предводителя, наделенного необычайным мужеством, страстью к приключениям и ореолом непобедимости.

Но это также справедливо и для нашего времени: никогда люди добровольно не последуют за руководителями или политиками, которые не предстают перед ними в той «маске», в той роли, какой от них ждут. Это древнейший закон управления!

Стратегия, успеха: мотивация путем, формирования правильной установки

Любой человек, стремящийся к высшим достижениям, знает, какую громадную роль при этом играют собственный настрой, сила воображения, собственные мысли и чувства. Они в конечном счете и определяют надежды и замыслы. Кроме того, — и это опыт всего человечества — успехи, как правило, окрыляют, а неудачи обескураживают.

Но именно это воззрение непригодно для высших достижений! Человек, стремящийся к вершинам, именно в преодолении худших своих поражений может познать новое измерение самореализации, если, конечно, не воспримет поражение как окончательное, а увидит в нем призыв к напряжению всех своих телесных и душевных сил. Высшее достижение человека заключается в душевном настрое: «Я никогда не признаю себя побежденным!»

Поход в Персию

Любому из интересующихся историей известно знаменитейшее деяние Александра: поход в Персию. Но вряд ли многие знают о величайшем и тяжелейшем событии, произошедшем в этом богатом приключениями походе: о форсировании наводящей ужас пустыни, увенчанном звездным часом лидерства Александра.

Этот переход через пустыню действительно был беспощадным и немилосердным испытанием для войска. Ужас, наведенный этим мучительным маршем, был так велик, что в последующие 2000 лет ни один военачальник не осмелился повторить этот эксперимент. Ведь из 40 000 человек — офицеров, солдат и обозной прислуги, двинувшихся за Александром в этот пятисоткилометровый поход, к Карману дошло только около 15 000. Да и те после шестидесяти дней, проведенных в пустыне, походили скорее на мертвецов, чем на живых, были душевно и телесно разбиты и в высшей степени уязвимы.

Если у этих несчастных, каждый из которых за последние недели был занят только борьбой за выживание, сохранилось что-то общее, то это была их оценка данного перехода: «Все страдания, перенесенные войском в Азии, не сравнимы с тем, что пришлось претерпеть в этой пустыне».

Естественно, сразу возникает вопрос: зачем вообще войску было нужно переносить такое неимоверное напряжение? Какой опыт они могли приобрести в этой пустыне? Разве не было другой дороги? Почему — и это представляется важнейшим вопросом — Александр с такой легкостью и так безрассудно поставил на карту успех всего персидского похода?

Что же толкнуло Александра на это безрассудное предприятие? Было ли для этого хоть какое-то разумное основание? Нет! Никакого логического оправдания, но зато два психологических, старейших, опаснейших, наиболее сильно мотивирующих и одновременно смертельно опасных: жажда славы и стремление к власти. Эта родственная пара обеспечивает высшие достижения с такой же вероятностью, что и мрачные деяния.

Когда он ко всему прочему узнал, что и царица Семирамида, и царь Ксеркс со своими войсками не смогли преодолеть эту пустыню, что одна спаслась с двадцатью, а другой — всего лишь с