Роль-маска: условия реализации и нейтрализации

Роль-маска: условия реализации и нейтрализации

Т. А. Чеботникова

Изучение теоретической литературы и анализ фактического языкового материала показали, что игра и театр присутствуют в жизни индивида постоянно. По мнению

Н.Евреинова, в человеческой природе, кроме инстинкта самосохранения, заложен инстинкт театральности — инстинкт преображения, который позволяет личности при помощи внешних изменений повлиять на окружающих, внушить им нечто, что отсутствует в реальности. Вторя Шекспиру, Евреинов пишет: «В нас постоянная воля к театру, наша каждая минута — театр, мы все, в известной мере, Дон Кихоты и Робинзоны, и вся наша жизнь, volens-nolens, проходит под режиссерской ферулой»1. Каждый моделирует свой образ, и актерство, игра становится образом жизни. «Желанье казаться молодым или, наоборот, не молокососом, скрыть свои недостатки или, наоборот, кокетливо их выставлять напоказ, «прослыть» за кого-нибудь, «выглядеть» так-то или таким-то — что это, как не действие театрократии, которая на дне румян престарелой матроны, и во флаконе духов «его превосходительства», и в жире черной помады усов старца, и в каждом слое кожи изменчиво-верных каблуков низкорослого, и на острие бритвы, и на зубцах гребешка, везде, везде!»2 Игрой личность организует себя и свое существование. Борется с действительностью и стремится сохранить свое достоинство. «Идея «жизнь есть игра» или «жизнь как игра» — идея выживания, спасения и надежды на удачу»3.

Н.Н. Евреинов замечает присутствие театральности в разных областях человеческой жизни: «Театральная начинка просачивается в самые отдаленные уголки жизненного пирога. И перестаешь отличать фарш от теста». Этот инстинкт проявляется в борьбе за существование как в природе, так и в обществе, только в природе он проявляется как бессознательная мимикрия, а в обществе как сознательное лицедейство, способное принести плоды в виде определенных искомых благ: «Наше актерство в жизни всегда оплачивается, и даже очень щедро порою. Разве, обретая уважение, любовь, симпатию к изображаемому нами лицу (допустим, что мы сами, в нашем животном эгоизме, не способны внушить такое отношение), разве мы в таком случае остаемся без гонорара, а все выгоды, которые можно извлечь из уважения к нам, любви, симпатии, — разве они не приводят иногда к настоящему богатству? <...> Кроме материальной выгоды, быть может, нам не нужной, всегда при удачной игре мы обретаем духовную выгоду. <.> В борьбе за существование театральность, как имитационная, так и инновационная, сыграла громадную роль: лишенные таланта разыгрывают роли, сочиненные другими, одаренные же им воплощают в жизнь плоды своей фантазии. Театральность — могучий метод борьбы в природе, приводящий к отбору наисмышленнейших лицедеев в жизни4. Под театральностью мы, вслед за другими исследователями5, понимаем своеобразный лингвосемиотический инструмент, способствующий точно рассчитанной реализации человеческой потребности в формировании удобной для своего существования среды обитания; инструмент, включающий механизм презентации и самопрезентации как необходимых элементов речевого воздействия на среду и социум.

Приспособление личности к обществу, среде, внешним условиям обычно обозначается номинациями такого типа, как: «играть», «разыгрывать что-то», «маскироваться», «устроить театр», «притворяться», «прикидываться», «делать/принять вид», «играть роль», «перекрасить шкурку», «поменять шкуру», «казаться кем-то/каким-то», «рисоваться», «вести игру», «напустить на себя что-то», «перегримироваться», «играть/ломать комедию», «изображать из себя что-то/кого-то», «носить маску», «принять облик», «разыгрывать комедию/представление», «строить из себя кого-то/что-то», «употребить дипломатию» и т. п. Значение каждого из членов представленного однородного ряда может быть определено как сознательное лицемерие, внушение переоценки своей общественной значимости в глазах других, заигрывание, симуляция, что по своей сути является тем же, что в биологии именуется мимикрией.

Кроме этого, представленный выше перечень слов («играть», «притворяться», «маскироваться» и пр.) и словосочетаний, одним из компонентов которых являются слова «театр», «комедия», «роль», «маска» и пр., со всей очевидностью показывает, что театр и игра активно вовлекаются личностью в собственную жизнь, а поскольку жизненный процесс осуществляется в условиях общения, то, соответственно, и общение сопровождается элементами игры и театра, ведущим атрибутом которого является маска, сама, в свою очередь, являющаяся эмблематическим изображением театрального искусства в целом.

Ю. М. Лотман писал, что в историко-культурном пространстве человеческого бытия маска является одним из давних спутников «человека культурного» в многочисленных ипостасях, скрывая его подлинное «Я» и представляя в обличье, по выражению М. Фуко, «другого, отличного от других».

Маска как отказ от собственного облика, собственной идентичности — весьма показательная черта существования личности в рамках социума, диктующего определенные правила и законы. Будучи динамическим механизмом, роль-маска позволяет личности функционировать в изменяющейся действительности, а также способствует установлению состояния колеблющегося равновесия в среде ее обитания. Мотив самопредъявле- ния, запускающий масочный механизм в действие, имеет социальную природу и детерминируется представленностью социальной системы в психике индивида и, наоборот, существованием психики индивида в рамка

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать