Дискуссия о конституции Венгрии 2011 г. и проблемы развития европейского конституционализма в XXI веке

Дискуссия о конституции Венгрии 2011 г. и проблемы развития европейского конституционализма в XXI веке

Е.В. Соломатина

Страны Европейского Союза переживают сложный период своего развития. Дестабилизация общеевропейской финансовой системы, растущее напряжение в межгосударственных отношениях, усиление националистических политических партий и протестных общественных движений порождают сомнения в будущности «Единой Европы». В этих условиях особое значение приобретает стабильность правового пространства европейских стран, общность их конституционных традиций, связанная с единством фундаментальных ценностей конституционализма, многолетним опытом гармонизации национальных законодательных систем, динамичным развитием наднациональных политико-правовых институтов, интернационализацией основных прав и свобод [2: с. 470-472]. Однако являются ли классические европейские правовые стандарты надежной основой для решения актуальных проблем социального и политического развития или наступает время радикального обновления теории и практики европейского конституционализма? Показательна в этом плане конституционная реформа в Венгрии, вызвавшая самый широкий общественный резонанс.

18 апреля 2011 г. парламент Венгрии принял новую Конституцию страны, 25 апреля документ был подписан главой государства, а с 1 января 2012 г. Основной закон вступил в силу.

Интересен тот факт, что новая венгерская Конституция позиционируется как воплощение христианских духовных ценностей и социальных принципов. В ней провозглашается, что «народ Венгрии объединяют Бог и христианство»[1].

Христианские основы венгерского конституционализма проявляются прежде всего в вопросах биоэтики. За государством закрепляется обязанность защиты жизни, причем уточняется, что жизнь начинается с момента зачатия. «Человеческое достоинство неприкосновенно, — объявляет конституция. — Каждый имеет право на жизнь и человеческое достоинство; жизнь зародыша будет защищена от момента зачатия». Фактически данная статья конституции может трактоваться как запрет на аборты, к чему призывает Церковь. Как гласит «Лексикон» Католической церкви, «живой эмбрион есть реальный индивидуальный человек, а не просто ’’скопление клеток”. Он наделен тем же достоинством, что и люди, давшие ему жизнь, и теми же основными правами» [3: с. 244]. Юридическое закрепление получила и позиция Церкви относительно клонирования [3: с. 323-339]. По этому поводу в конституции закреплено следующее положение: «Евгенические методы, нацеленные на отбор людей, а также меры, делающие человеческое тело и его части источником прибыли, и репродуктивное клонирование людей запрещены».

Брак в новой венгерской Конституции трактуется как «союз мужчины и женщины», в связи с чем критики документа считают, что конституция создает почву для дискриминации людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией. Показательно, что именно традиционалистская трактовка брака объявляется в Конституции социальной основой венгерского общества и напрямую связывается с задачами демографической политики: «Венгрия защищает институт брака между мужчиной и женщиной и добровольно установленные супружеские отношения, а также семью как основу существования страны. Венгрия поддерживает рождение детей».

Все эти положения Конституции Венгрии вызвали осуждение прежде всего у либеральной общественности, заявляющей о нарушении прав человека. Правозащитники из организации «Права человека без границ» также высказывают опасения относительно дискриминации граждан Венгрии, не являющихся христианами, — новый Основной закон вводит в действие положения, имеющие обратную силу, об отмене регистрации более 300 общин религиозных меньшинств[2]. Сторонники конституционной реформы отвергают эту критику, ссылаясь на безусловное сохранение светского характера государства. В отношении религии Конституция объявляет: «Каждый имеет право на свободу мысли, совести и религии. Это право включает в себя свободу избирать и изменять религию». Также Конституция определяет, что в Венгрии Церковь и государство отделены друг от друга, а церкви независимы (имеются в виду католическая церковь и протестантские общины). Но Конституция действительно создает юридическую основу для сотрудничества государства и церковных организаций в решении важных для общества задач. Авторы конституционного проекта из правящей партии «Фидес» неоднократно отмечали, что такой подход нельзя рассматривать как нарушение прав человека[3]. Речь идет о том, что доктрина новой Конституции не рассматривает индивидуальную правосубъектность, основанную на естественных правах, в качестве приоритетной. Ключевое значение придается коллективной правосубъектности венгерского народа, объединенного своей историей, духовными традициями, языком и кровным родством. Не случайно, что новая Конституция закрепляет юридическую и политическую ответственность Венгрии за всех венгров, живущих за пределами страны.

Признание безусловного приоритета коллективной правосубъектности венгерского народа обусловило и важные политические реформы. Их стратегическая цель — централизация государственной власти, призванная обеспечить единство интересов венгерского народа и их верховенство в противовес центробежным тенденциям, характерным для мультикультурного общества. Так, Конституция ввела новые правила регулирования бюджетно-финансовой сферы, требующие решения принципиальных вопросов большинством в две трети парламента. Президент получил право распускать парламент в случае

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать