Деидеологизация общества

СОДЕРЖАНИЕ.

Введение …………………………………………………………………………2 Деидеологизация общества …………………………………………………….3 Заключение ……………………………………………………………………..11

Список литературы …………………………………………………………….12
ВВЕДЕНИЕ.

Вот уже несколько лет идет борьба с идеологией. Требование деидеологизировать социальную жизнь — это, пожалуй, то немногое, что еще объединяет чле­нов распадающегося общества.

Деидеологизация — «социально-философское течение в западной обще­ственной мысли, получившее распространение в середине XIX в. и ставящее целью оправдание буржуазного объективизма и "беспартийности" в науке».

У нас же речь не идет о процессе внутри науки. Напротив, выдвигается тре­бование деидеологизировать социальную жизнь во всех ее проявлениях: в от­ношениях наций, поколений, полов, классов, жителей различных регионов и т, д. Наша деидеологизация не является «социально-философским течением», делом профессионалов, занятых социальной философией, социологией или политологией. Наша деидеологизация — дело общенародное. И как в недале­ком прошлом никто не мог официально не придерживаться «научной идеоло­гии», так и в настоящем никто не может возразить против деидеологизации, не попадая в парии, не получая клейма тоталитариста и пособника мирового коммунизма.

Для тех, кто в наше трудное время не нервничает при решении теоретиче­ских вопросов очевидно, что в недалеком будущем тотальная деидеологизация приведет к взаимному непониманию социальных субъектов, к усугублению их разобщенности, безысходному противостоянию, к углублению кризиса само­сознания тех социальных групп, которые призваны играть ведущую роль в социальной жизни наций, классов, поколений и др. Сейчас некоторым обидно вспоминать свою былую приверженность идеологии. Логика обиды подсказы­вает: идеология плохая, не научная, она нас подавляла, теперь мы ее поборем.

Но нужно ли бороться с идеологией, осуществлять тотальную деидеологизацию? Достаточным основанием для этого может быть только доказательст­во того, что идеология не нужна и вредна обществу. Лишь в этом случае стоит тратить силы на борьбу с ней.

ДЕИДЕОЛОГИЗАЦИИ ОБЩЕСТВА.

Итак, определимся по вопросу о необходимости идеологии как социально­го явления, о том, положительный или отрицательный эффект возникает вследствие функционирования такого явления в обществе. Безусловный авто­ритет в этой области К. Мантгейм в своей работе «Идеология и утопия» пока­зал, что идеология соседствует и взаимодействует с утопией. На месте «сверг­нутой» идеологии неизменно появляется утопия — явление не менее, чем иде­ология, противоположное науке, объективному знанию. Утопия — попытка преодолеть естественную обособленность, частность, субъективность отдель­ного объекта. Идеология ненаучна, поскольку ее выстраивает, в ней домини­рует частный, субъективный интерес. Утопия ненаучна, поскольку в ней делается попытка отрицать, «забыть» частный интерес субъекта. Таким образом, трудно найти основание для того, чтобы предпочесть утопию идеологии, но можно их поискать, чтобы уберечь и идеологию, и утопию от нелепых напа­док, последствия которых болезненны только для нападающего.

Идеология выполняет функцию идейного обеспечения механизма поддер­жания стабильности социального субъекта — носителя идеологии. Механизм этот формируется по мере возникновения относительно самостоятельных со­циальных субъектов — обществ, больших и малых социальных групп, лично­стей. Он является социальным эквивалентом того, что на биологическом уровне обозначается как инстинкт самосохранения. Поэтому основная роль идеологии социального субъекта — препятствовать его распаду. В рамках иде­ологии вопрос «Что такое хорошо и что такое плохо?» не может выглядеть иначе, чем «Что такое хорошо и что такое плохо для носителя идеологии? Плохо то что ведет к ослаблению или распаду субъекта. Хорошо то, что ведет к его сохранению, укреплению, господству.

Немало страстных обличений аморальности подобной логики социальных действий субъекта существовало всегда. А. Потресов назвал подобный подход «готтентотской-моралью»: «Когда у готтентота украдут жену, он говорит: "это скверно", но когда он у другого украдет жену, то он говорит: "это хорошо". Однако мо­ральная норма индивида — механизм, сдерживающий его стремление к обес­печению себе «хорошо» за счет поступков, скверных для других. Поэтому о готтентоте не стоит и говорить — здесь не людоедская мораль, а отсутствие морали, доморальное поведение, регламентируемое психологией самосохра­нения и расширенного воспроизводства рода. Конечно, в цивилизованном ми­ре найдены эффективные механизмы, обуздывающие такой эгоцентризм от­дельной личности. Но что касается поведения коллективного субъекта, здесь дело обстоит сложнее.

Индивид усваивает моральную норму не сразу. Сознательно и подсозна­тельно он ощущает контроль социального окружения за соблюдением писа­ных и неписаных законов, понимает, что за нарушение нормы будет наказан не только угрызениями собственной совести, но и общественным порицанием в той или иной форме. Когда же речь заходит о соблюдении коллективным субъектом норм, сдерживающих его способность нанести ущерб другому субъекту, проблема ответственности, контроля и наказания осложняется. Про­блема эта практически никак не решается в спонтанно возникающей группе, в толпе: поведение болельщиков на стадионе, фанатов на рок-концерте или разъяренной очереди в магазине не контроли

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать