Исламофобия

Александр Собянин , Алмаз Калет

Исламофобия в США, странах Евросоюза, России и, как ни странно прозвучит, в населенных мусульманами странах Центральной Азии имеет много общего, является где-то направляемой, где-то спонтанной реакцией обществ и этно-культурных групп на общемировые процессы трансформации культурно-цивилизационных границ. Водораздел и в Европе, и в странах Западного полушария, и в странах Восточной и Южной Азии проходит по линии определения позиции этносов и государств в отношениях с эмансипирующимся мировым Исламом, это связано с идущим повышением роли и места мусульманской уммы в мире. Тем не менее, негативные последствия исламофобии в разных регионах мира будут различными, наибольшие риски падают на зоны нестабильности, в том числе на страны Центральной Евразии. Масс-медиа в этих процессах играют роль трансляторов общественных настроений, т.е. далеко не ключевую роль, но, что важно, СМИ даже в авторитарных странах остаются вполне самостоятельными в определении своей позиции по отношению к исламофобии.

«Ислам – не партнер, а враг…»

Проблемы развития исламофобии и корни ее развития сейчас достаточно широко изучаются определенными научными институтами. По мнению российских исследователей Георгия Энгельгардта и Алексея Крымина (1), под исламофобией следует понимать, прежде всего, действия против, высказывания, оцениваемые мусульманами как враждебные исламу. Это понятие охватывает широкий спектр значений – от погромов до резкой критики как в адрес мусульман и исламских активистов, так и исламского вероучения и социальной практики.

По одной из версий термин «исламофобия» (Islamophobia) вошел в широкое употребление после публикации в 1997 году британским исследователем Runnymede Trust доклада «Исламофобия – вызов для всех». Согласно другой версии, термин «исламофобия» был введен в обиход мусульманскими активистами иранского происхождения во Франции. Заместитель ректора Сассекского университета профессор Gordon Conway, руководивший проектом по исследованию исламофобии, определил новое явление как «боязнь и ненависть к исламу и мусульманам, присущие СМИ всех уровней, и распространение во всех слоях общества. Исламофобия проявляется в изображении ислама как цивилизации не отличной от Запада, а отсталой; мусульманской культуры – не как многоликой и прогрессивной, а застывшей и статичной, враждебной к инакомыслию и дискуссиям, патриархальной и женоненавистнической, фундаменталистской и потенциально угрожающей другим культурам».

В сжатом виде эту идею сформулировал британский исследователь Runnymede Trust: «Ислам – не партнер, а враг».

Новую волну антимусульманских высказываний и настроений вызвал теракт 11 сентября, который, можно сказать, только утвердил вышесказанную аксиому. Саудовская пресса отмечает «яростные нападки США на Королевство из-за предполагаемого присутствия сторонников “Аль-Каиды” и обвинения в финансировании терроризма». Естественным ответом мировой мусульманской общины стало отрицание связи ислама с терроризмом и встречное обвинение Запада в несправедливых гонениях, воплотившееся в формуле исламофобии, когда речь идет о нарушениях прав мусульман в странах Запада. Об этом также говорится в отчете Международной Амнистии за 2003 год.

«На мой взгляд, эти теракты (11 сентября) ни в коем случае не какой-то мифический бен Ладен с автоматом осуществил. Америка, ничего не доказав, разгромила Афганистан. Теперь так же, не приведя даже косвенных доказательств, будет бомбить Ирак», – говорит шейх Духовного управления Азиатской части России Нафигулла Аширов. Такое мнение очень распространено в мусульманских странах, где основная часть населения считает, что теракт 11 сентября развязал руки западным странам во главе с Соединенными Штатами, чтобы захватить мусульманский мир. Согласно отчетам ряда западных правозащитных организаций, отсутствие сбалансированной политики в отношении мусульманского меньшинства в Западной Европе и США только усилило волну исламофобии.

Исламофобия в России как часть ксенофобии

До определенного момента в России (акцент здесь сделан на Россию, потому что все происходящее в России влияет на политическую и социальную ситуацию в странах Центральной Азии) никто всерьез не задумывался над проблемой исламофобии. Ислам и мусульман, с легкой руки ведущих российских электронных СМИ, отождествляли исключительно с военными действиями в Чечне или же в Палестине. Образно говоря, только чеченцы были «плохими мусульманами», а остальные – татары, башкиры – не воспринимались мусульманами. Скажем, дагестанцы, балкарцы и другие северокавказские мусульмане были прежде всего «лицами кавказской национальности», говоря милицейским сленгом.

Но последующее развитие политической ситуации в мире и в России показало, что корни исламофобии не ограничиваются исключительно проблемами взаимоотношений двух народов.

Влиятельная американская газета «The Washington Post» в статье «В России растет “исламофобия” и ненависть к мигрантам из Центральной Азии» от 23 декабря 2002 года пишет: «Исламофобия в России проявляется в самых разных формах, от погромов на рынках до публикации в газетах фотографий местных мусульманских лидеров с портретами Усамы бен Ладена» – тем самым проводя четкую параллель между местным населением, исповедующим ислам, и международными экстремистскими группами.

Теракт в театре на Дубровке в центре Москвы позволил вывести национализм и кс