Изучение новейшей истории Норвегии

До конца второй мировой войны изучение самоновейшего в то время отрезка истории Норвегии сосредоточивалось на периоде первой мировой войны и предвоенного десятилетия. В остальном преобладали историко-публицистические сочинения с небольшим научным аппаратом и ярко выраженной политической тенденцией – шла ли речь об истории норвежского рабочего движения, о норвежских правах на арктические земли (Шпицберген, Восточная Гренландия и пр.), экономических кризисах межвоенного времени или текущей внешней политике Норвегии137. Накал политических страстей, диапазон идейного размежевания были в тогдашней Норвегии с ее острыми хозяйственными трудностями, частыми правительственными кризисами, сравнительно (с другими скандинавскими странами) радикальным рабочим движением весьма велики. Сильнее, чем в других северных странах, было и влияние марксизма на левую интеллигенцию: группа "К свету" ("Mot dag") и одноименный журнал 1921-1936 гг. Показатель этого влияния – редкая в тогдашней Западной Европе левосоциалистическая "Рабочая энциклопедия" с большим числом марксистских статей на исторические темы и с опорой на БСЭ138. Первым опытом осмысления новейшей истории Норвегии и ее рабочего движения с коммунистических позиций явились брошюра У. Шефло "Красная нить норвежской истории" и особенно очерк "От Лассаля к Ленину" Арвида Хансена139.

С конца 30-х годов начались отход левой интеллигенции от марксизма и общее поправение норвежской общественно-политической мысли. Германская оккупация осложнила этот процесс. Подцензурная историческая литература, выходившая в Норвегии, избегала актуальных сюжетов. Кратковременный "подъем" испытала профашистская и фашистская публицистика, фальсифицировавшая события новейшей истории (сам "фюрер" В. Квислинг, Ф. Халворсен). Эмигрантская публицистика в Англии, Швеции, США сплотилась на антифашистских буржуазно-демократических позициях, освещая с этих позиций события норвежской и всемирной истории (X. Кут, А. Урдинг, Я. Ворм-Мюллер, Ф. Поске, К. Фрам – псевдоним натурализовавшегося в Норвегии немецкого левого социал-демократа В. Брандта140). Голос норвежских коммунистов находил путь к народу через-многочисленные подпольные газеты и листовки.

Исследование новейшей истории Норвегии началось фактически с работы Следственной комиссии 1945 г., выяснявшей поведение и меру ответственности политических, военных и гражданских властей страны в трагическом 1940 г., а также деятельность норвежского правительства в изгнании. Широкий круг военно-дипломатических вопросов, связанных с предысторией и историей второй мировой войны, с судьбами страны в годы войны, и составлял главную тематику новейшей истории Норвегии в послевоенной норвежской историографии примерно до конца 50-х годов141.

Двухтомное "Заключение Следственной комиссии 1945 года" с девятью приложениями (в трех томах) явилось первым вкладом официозных историков в изучение внешней и военной политики Норвегии накануне и в годы второй мировой войны142. К "Заключению" вплотную примыкает и трехтомная официозная "Норвегия в войне", написанная ответственными участниками событий и вышедшая под редакцией крупного историка Сверре Стеена (см. о нем выше), одного из семи членов названной комиссии143. Наибольшие споры, естественно, вызвала оценка правительственной политики до германского нападения 9 апреля 1940 г., а также переговоры коллаборационистского президиума стортинга с оккупационными властями в июне – сентябре 1940 г. о создании "государственного совета", т. е. коллаборационистского правительства в Норвегии. Были осуждены военно-техническая неподготовленность страны по вине гражданских властей, правительства, внешнеполитические просчеты последнего накануне вторжения (притупление бдительности). Более сурово – не как ошибочные, а как антиконституционные – были осуждены действия президиума стортинга летом 1940 г. При всей резкости суждений Следственной комиссии норвежский парламент, как известно, в конечном счете единогласно воздержался от привлечения политиков 1940 г. к суду.

Параллельно им, в противовес "Заключению" Следственной комиссии, увидел свет целый ряд мемуарных и историко-публицистических книг о войне и ответственности за поражение 1940 г. В одних действия довоенных политиков брались под защиту, часто ими самими: наиболее известны книги бывшего министра иностранных дел, выдающегося историка X. Кута144. В других, напротив, заключения Следственной комиссии отвергались как чересчур мягкие, апологетические по отношению к коллаборационистским органам власти в оккупированной Норвегии 1940 г. – Административному совету и Верховному суду145. Насыщенные драматическими событиями военные годы вскоре стали предметом новых документальных публикаций146. Среди них были и небольшие издания норвежской компартии. Вместе с историко-публицистическими произведениями коммунистов и левых социалистов эти издания давали классовую оценку недавнего прошлого, критиковали не только умеренно коллаборационистские круги и буржуазное руководство Внутреннего фронта, но и лондонское эмигрантское правительство, в частности, за сдерживание боевых форм антифашистского Сопротивления147.

Новую злободневность теме второй мировой войны, точнее, причинам катастрофы 9 апреля придали политические споры вокруг вступления Норвегии в НАТО. Его сторонники, естественно, аргументировали необходимость этого шага нежизнеспос