Социально-философские основания хайдеггеровской интерпретации рефлексии в философии Канта

Социально-философские основания хайдеггеровской интерпретации рефлексии в философии Канта

А.А.Кузьмин

Гуманитарный институт НовГУ

Диапазон хайдеггеровских сентенций по поводу философии Канта весьма разнообразен: от поиска теологических корней трансцендентального идеализма до феноменологической интерпретации «Критики чистого разума». Хайдеггер постоянно находится в пути осуществления дополняющих и развивающих замыслов истолкования философии Канта, о чем мы можем судить как по курсам его лекций, так и по его произведениям.

Согласно Хайдеггеру, голос традиции гораздо решительнее определяет ходы мысли нас, сегодня живущих, чем это хотелось бы замечать людям. Хайдеггер настойчиво призывает нас прислушаться к тому, что «речет» традиция голосом одного из крупнейших мыслителей. В хайдеггеровской интерпретации проблемы рефлексии, которая созвучна философии Канта, задействованы герменевтические ключи прочтения именовательной силы логоса. В статье «Тезис Канта о бытии» Хайдеггер отмечает, что ведущей рубрикой метафизической традиции выступает «бытие и мышление» [1]. Он намечает проект вскрытия единства бытия и мышления в качестве проблемы логики, логического вообще, поскольку теорию мышления издавна называют «логикой». Ведущая рубрика метафизической традиции говорит с нами языком логического, т.е. рационального. Хайдеггер предпринимает попытку развернуть вопрос о логическом в горизонте экзистенциального анализа человеческого существования. Смена метафизического дискурса экзистенциальным анализом должна способствовать уразумению, по крайней мере, постановки вопроса о бытии. Как свидетельствует предпринятая Хайдеггером интерпретация тезиса Канта о бытии, для метафизической традиции, отождествляющей мышление с логикой, путь обнаружения места, где происходит имение «бытия», закрыт из-за рационалистического толкования рефлексии.

Для того, чтобы достигнуть бытийного понимания рефлексии, Хайдеггер начинает свой экзистенциальный анализ с прояснения кантовского названия «чистые понятия» — одного из элементов конечного человеческого познания. Эту важнейшую составную часть трансцендентальной философии Канта Хайдеггер разъясняет в своем труде «Кант и проблема метафизики». Наши чувства, утверждает он, нам всегда дают многообразие представлений, которое зиждется на единстве понятия. Упорядоченность и связность представлений исходит не из чувств, или чувственных созерцаний, а из чистого мышления, которое Кант еще называет рассудком. «Конечное мыслящее созерцание, — подчеркивает Хайдеггер, — это познание через понятия; чистое познание есть чистое созерцание через чистые понятия» [2]. Хотя в представлении единичное созерцаемое охватывает собою многообразие значений, что соответствует номинально понятию, однако только в чистом понятии представляется единое.

О каком бы представляемом предмете ни шла речь, последний в любом случае должен усматриваться и учитываться исходя из единства единого понятия как возможности совпадения многого в одном. «Предварительное усмотрение единого, в котором должно совпадать многое, — пишет Хайдеггер, — есть принципиальный акт образования понятий. Кант называет его “рефлексией”». Далее он приводит кантовское определение рефлексии, которая есть «размышление о том, как различные представления могут быть схвачены в одном сознании» [3]. Если подобное размышление означает единство как таковое и связь с этим единством многого, то тогда понятие означает не просто нечто присущее многому, но и меру соответствия многого его единству. Такова хай- деггеровская редакция понятийного характера представлений, который всегда возникает из рефлексии, о чем он убедительно говорит в связи с анализом кантовского обоснования метафизики. В свою очередь так изложенное формальное понятие рефлексии не означает, что в принципиальном акте образования понятий заключается и исток чистых понятий, которые, по Канту, даны apriori согласно своему содержанию.

Вообще понятия будут называться рефлексивными понятиями, поскольку они возникают из рефлексии. Чистые же понятия есть рефлектирующие понятия, ибо изначально принадлежат к сущностной структуре рефлексии. Они подразумевают не сам тематический предмет, но лишь род его изначального схватывания как сущностной структуры деятельности рассудка. Рефлексия рассудка указывает на то, как тематический предмет представляющего единения уже подведен под представления определяющего единства, т.е. чистые понятия. «Анализ самой способности рассудка, — делает вывод Хайдеггер, — должен прояснить эти соконституирующие сущностную структуру рефлексии представления» [4]. Тем самым логическая рефлексия в качестве основного методологического принципа трансцендентальной философии обеспечивает единство конечного человеческого познания.

Для Хайдеггера подобное преимущество логики в кантовской философии связано еще с тем, «что при интерпретации Критики чистого разума постоянно возникает искушение понимать ее как “логику чистого познания”... Кроме того, ориентация на логос и рацио, в соответствии с их значением в западной метафизике, при ее обосновании преобладает с самого начала, что и выражается в определении этого обоснования как “Критики чистого разума”» [5]. В конечном итоге у Хайдеггера речь идет о том, чтобы обратить наше внимание на некоторую присущую кантовской философии двойственность отношения к архитектонике внешнего порядка проблем и характера их выражения, равно как и в понимании внутренней направленности проблематики.

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать