«Западничество» как течение в русской философии XIX века

В 40-х годах XIX века в русской философской мысли возникло особое направление, которое получило название «западники», «Западничество», «европейцы». Оно возникло в ходе полемики со «славянофилами». В отличие от славянофилов «западники» отстаивали идею не самобытности и исключительности исторической роли и судьбы России в мировой истории, а идею вплетенности России в единый эволюционный мировой процесс. А развитие Западной Европы и Америки есть прогрессивное выражение мировой истории. Поэтому Россия объективно должна «следовать» западному пути развития, а не изолироваться от него и не противостоять ему. Для «западного» пути развития характерно было развитие капитализма, утверждение свободного развития личности, создание гражданского общества и противодействие всякого рода деспотиям, прогрессирующее развитие науки. Свобода понимается как необходимый атрибут исторического развития. Представители «западничества» считали, что и Россию закономерно ожидают экономические, политические, социальные, промышленно-технические преобразования, которым необходимо способствовать, а не препятствовать. Дух социально-экономического преобразования России овладевал умами людей, и суть этого преобразования необходимо было осмыслить философски.

Основным препятствием для прогрессивного развития России «западники» считали наличие крепостного права и отсутствие политических и социальных свобод личности. В этом представители-«западники» не расходились. Но они расходились по поводу путей и способов преобразования России и будущего России. Как более-менее единое направление «западничество» сохранилось до конца 60-х годов XIX века. Крупнейшими представителями «западников» являлись А.И. Герцен, Т.Н. Грановский, Н.И. Огарев, К.Д. Кавелин и другие философы и публицисты. Идеи «западничества» поддерживали В.Г. Белинский, И.С. Тургенев, П.В. Анненков, И.И. Панаев. Но наиболее крупной величиной в философской мысли России этого периода был Александр Иванович Герцен (1812–1870).

На формирование его философских взглядов большое влияние оказали философия Гегеля, особенно его учение о диалектике, материалистическая философия Л. Фейербаха. Диалектический метод Гегеля он называет даже не иначе, как «алгеброй революции» и пытается применить диалектику Гегеля, особенно его учение о единстве противоположностей, к развитию природы, человека, обществу и человеческой истории. В философии Л. Фейербаха он находит основополагающие идеи для формирования собственных взглядов на природу человека, природу и сущность сознания, познания, вытекающих из естественной природы человека. В своих философских взглядах он эволюционирует от идеализма Гегеля к материализму, идя дальше идей антропологического материализма Л. Фейербаха.

Уже в первых своих работах «О месте человека в природе» (1833 г.), «Дилетантизм в науке» (1842–43 гг.), но особенно в «Письмах об изучении природы» он встает на позиции материализма. Он признает объективное существование природы (материи), которая существует до человека, вне человека и независимо от него: «Вне человека существует до бесконечности многоразличное множество частностей, смутно переплетенных между собою; … они были, когда его (человека – Г.Ч.) не было; … они без конца, без пределов; они беспрестанно и везде возникают, появляются, пропадают», – замечает он в своих «Письмах об изучении природы». Благодаря тому, что в природе существует «круговорот» явлений и процессов, она сохраняет себя и как единство, и как многообразие. То есть он признает развитие природы как универсальной системы, которая лишь может быть познана человеком, его духом [1, ч. 1, с. 160].

Исходя из этого, А.И. Герцен отличает философское познание природы от естественнонаучного. Философия стремится выявить универсальные всеобщие законы бытия природы, а шире – мира в целом, в то время как естествознание изучает частные, отдельные стороны природных явлений. Поэтому философия тяготеет к теоретическому знанию, а естествознание – к эмпирическому знанию. «Им (естествоиспытателям – Г.Ч.) бы хотелось относиться совершенно эмпирически», «что для мыслящего существа невозможно». Он отмечает, что предметом философии является познание всеобщего (то есть универсальных законов бытия мира) достижения истинного знания об этом. Выявление этой одной истины «занимало все философии во все времена», а все существовавшие философские системы дополняли друг друга, поскольку любая философская система не может дать исчерпывающего знания о сущности бытия мира. Он видит призвание философии в том, «чтобы развивать вечное из временного, абсолютное из относительного» [1, ч. 1, с. 165].

С материалистических позиций А.И. Герцен анализирует проблему единства мышления и бытия, соотношения бытия и мышления, о природе и сущности человеческого познания и мышления.

Он признает, что бытие предшествует мышлению и сознанию, оно объективно. Человек не привносит в бытие природы, мира и истории законы из своего сознания. Они присущи самому бытию. В тоже время законы бытия мира воспроизводятся в сознании и мышлении человека. Поэтому мышление и бытие обладают тождеством, единством. Особенно отчетливо единство бытия и мышления проявляется на примитивных ступенях человеческой истории, когда человек еще «не распался с природой», ощущая непосредственным образом и свое единство с природой, и единство своего мышления и бытия [1, ч. 1, с. 162]. Но по мере формирования у человека способности к абстрактному мышлению единство бытия и мышления становится менее оч