Уильям Джемс о предмете философии, ее методе и отношении к науке и религии

Уильям Джемс (11 января 1842 - 26 августа 1910) - профессор Гарвардского университета в Кембридже (Массачусетс), известный прежде всего тем, что в наиболее полной форме развил философию прагматизма, представляющую наиболее яркое выражение человеческой сущности как действие (греч. pragma, praxis), причем ценность или отсутствие ценности мышления определяется в зависимости от того, служит ли оно действию, жизненной практике, то есть в какой-то ме­ре прагматизм является философией успеха.

"В качестве истины, которая может быть принята,- писал Джемс,- прагматизм признает лишь одно то, что наилучшим образом руководит нами, что лучше всего приспособлено к любой части жизни и позволяет лучше всего слиться со всей совокупностью опыта".

Последователь английских позитивистов, решительный сторонник эмпирического метода, поборник здравого смысла, - при всем при этом Уильям Джемс ярко выступил в защиту религии, когда в 1902 го­ду опубликовал одно из своих основных произведений "Многообразие религиозного опыта", написанном на основании двадцати лекций, про­читанных им на кафедре Естественной Религии Эдинбургского универ­ситета. В исследовании вопросов религии он совершенно отказался от обычных методов рационализма и основание своего мировоззрения ут­вердил не на законах мышления, а на непосредственно познаваемом факте личного переживания, на созданном им методе интроспекции.

Расширяя сферу душевной жизни человека включением в нее об­ластей подсознательного, Джемс естественно должен был отвергнуть

все те гносеологические построения, которые исходят из представле­ний о ясном и отчетливом логическом сознании. Если понятие "я" не что иное как ориентир человека в пределах окружающей его действи­тельности, а, по Джемсу, это "я" должно быть рассмотрено не как рациональная часть сознания, а во всей полноте его сознательной и подсознательной жизни, то в таком случае это "трансцендентальное я" превращается в бессодержательную абстракцию, и единственной ме­рой бытия остается индивидуум с его мыслями, грезами, страданиями и надеждами, таинственными религиозными переживаниями и чудесным экстазом. Подсознание многообразно, таинственно и богато творчес­кими элементами, но точно так же полна бесконечных возможностей живая действительность. Всякое проникновение сознания переживания­ми, выплывающими из бессознательных недр души творит в ней новые для сознания ценности. Религия не как церковь, или другой социаль­ный институт, а как явление интимных, личных переживаний, как об­щение с высшими силами для Джемса одно из таких спасительных втор­жений подсознательного "я" в повседневность.

Джемс тщательно рассматривает многообразие религиозного опыта с этой точки зрения, и в окончательном выводе приходит к признанию соответственного многообразия тех высших сил, от которых религиоз­ные души ждут и действительно находят спасение. "Все корни религи­озной жизни, как и центр ее, мы должны искать в мистических состо­яниях сознания",-пишет Джемс. Однако было бы ошибкой поставить знак равенства между религией и мистикой. В толковании Джемса под

мистикой подразумевается такой тип религии, который подчеркивает

непосредственное общение с Богом, интимное сознание Божественного

присутствия. Он выделяет четыре главных характерных признака, ко­торые служат критерием для различения мистических переживаний.

Первый из них - неизреченность , то есть невозможность со сто­роны пережившего мистическое откровение найти слова для его описа­ния, вернее, "отсутствие слов, способных в полной мере выразить сущность этого рода переживаний". Второй признак мистического опы­та - интуитивность. При помощи таких переживаний человек проникает в глубины истины, закрытые для трезвого рассудка. "Они являются откровениями, моментами внутреннего просветления, неизмеримого важными для того, кто их пережил, и над чье жизнью власть их оста­ется незыблемой до конца". Два следующих, часто встречающихся признака по Джемсу менее значимы - это кратковременность (за ред­кими исключениями пределом их является срок от получаса до двух часов, после чего они исчезают, уступив место обыденному сознанию) и бездеятельность воли . Хотя мистические состояния иногда можно вызвать с помощью волевых актов, например, сосредоточением внима­ния (медитацией), но, если такое состояние уже возникло, мистик начинает ощущать свою волю как бы парализованной или даже находя­щейся во власти какой-либо высшей силы.

Названные Джемсом признаки мистического опыта не столько де­монстрируют его природу, сколько эмпирически описывают его для тех, кто не погружен в данное состояние. Впрочем, философ и сам

описывает избранную им методику описания религиозных феноменов как

попытка понимания не изнутри, а с точки зрения человеческих пот­ребностей, многообразия жизненного опыта. Однако при этом он под­черкивает: истина мистического характера существует лишь для того, кто находится в экстазе. Она недостижима ни для кого другого.

Между наукой и мистикой находятся многомерные связи, указыва­ет Джемс. Но наука о религиях не может заменить религиозную жизнь. Наука может дойти до совершенного знания причин и составных эле­ментов религии, возможно даже, путем сопоставления этих сведений с с выводами других отраслей знания, решить, какие из этих элементов должны быть признаны как содержащие сов