Божественный Кузанец

План.

Введение.

«Божественный Кузанец» - ЧастьI.

1. Свидетельство Бога о самом себе и появление Николая Кузанского.

2. Пантеистические мотивы.

3. Сомнения убеждения христианской космологии.

4. Второй Бог.

Познаваемость мира на фоне непознаваемости Бога – ЧастьII

1.Мир – бесконечен.

2. Пояснение своих суждений.

Заключение.

Ссылки.

Используемая литература.

Введение.

Фундаментальной основой, на которой вырастала культура Возрождения, была городская жизнь, пре­терпевавшая в ту пору коренную ломку хозяйст­венного уклада. Носителем новой идеологии, то есть совокупности идей и представлений (политических, правовых, философских, нравственных, религиоз­ных, эстетических), отражавших тенденции этой ломки и выражавших интересы восходящих социаль­ных групп, было бюргерство (от немецкого “burger” — горожанин), противостоящее, с одной сторо­ны, высшим слоям (дворянству и духовенству), а с другой — низам (простым труженикам). Разумеется, не следовало бы упрощать картину и сводить разнообразие умственных течений эпохи Воз­рождения исключительно к влиянию материальных интересов общества. Эта эпоха всколыхнула широкие массы, привела в движение все социальные слои и вызвала брожение умов даже в самых консерватив­ных кругах. И феодальная аристократия с известной симпатией отнеслась к новым, ренессансным, формам культуры.

«Божественный Кузанец» – Часть I

1. Свидетельство Бога о самом себе и появление Николая Кузанского.

Что же касается философии, то она, хотя и оставалась в значительной своей части подъяремницей богословия, также не могла не испытать на себе прямого воздействия ветра свежих перемен. Ее схоластический характер, прямо или косвенно санкционированный церковью и сохранявшийся почти тысячелетие, стал расшатываться. Он и ранее не означал абсолютного догматизма и сыграл на некоторых этапах положительную роль, противопоставляя сверхразумному «созерцанию» Бога и иррациональному чувству (попросту говоря, мистике) постижение сверхсущего с помощью внутренне непротиворечивых рассуждений в общезначимых формах мысли (иными доводами, логику). «Теперь же началось отделение философии как учения о наиболее общих принципах бытия и познания от теологии — учения о Боге, воплощенного в логические формы умозрительных построений на основе текстов, принимаемых на веру качестве свидетельства Бога о самом себе»^a .

В этом отделении не было ничего дерзкого, явно эпатирующего господству религиозное сознание, но оно органично вырастало в недрах самой теологии — живой мысли становилось все более тесно в богословских одеждах.

Среди ярких представителей новых веяний первым следует назвать Николая Кузанского (1401-1464).

Его спокойное открытое лицо, его чуткие, внимательные глаза, доброжелательно устремленные к собеседнику, его руки с красивыми длинными пальцами, мягко складывающиеся в молитвенном жесте или неспешно перебирающие четки, его фигура выдающая в легком, изящном движении крепкую стать,— все располагало к нему с первого взгляда. Когда он говорил, простые и умные слова западали глубоко в душу... Сын рыбака и виноградаря из села Куза на берегу Мозеля на юге Германии, он рано познал соль крестьянского труда. Живой, любознательный, нетерпеливый, подростком бежал из родного дома. Нашел прибежище у графа Теодорика фон Мандершайда, который определил через некоторое время смышленого парнишку в школу, основанную голландском городе Девентере весьма влиятельными в Нидерландах монахами, именовавшими себя «братьями общей жизни». Здесь обучали «семи свободным искусствам», занимались комментированием теологических и философских книг, изучением латинского и греческого языков. Затем продолжал обучение в Гейдельберге, Падуе... Вернувшись на родину, решает посвятить себя богословской деятельности. Получает сан священника. Далее — последовательная служебная карьера, в которой он поднимается до высшей (не считая папу) ступени католической иерархии, получив сан кардинала и место «легата по всей Германии».

«Католическая церковь тогда переживал глубокий кризис, теряла былой авторитет, чему способствовали бесчисленные раздоры в среде самого духовенства, конфликты с феодалами, подъем «еретических» движений»^b .

Переполненный повседневными церковными заботами, Кузанец находит облегчение душе в побочных занятиях философией и математикой. Вдохновение преобладает тут над системой — некоторые трактаты создаются им в один присест.

2. Пантеистические мотивы.

Не все из написанного им получает положительную оценку его коллег. Так, гейдельбергский богослов Иоганн Венк посвятил ему свое негодующее сочинение под названием «Невежественная уче­ность» в котором, в частности, писал: «Не знаю, видел ли я в свои дни писателя более пагубного»^c .

Что так возмутило ортодоксального католика? Пантеистические мотивы, сквозившие в философии Кузанца. «Само понятие «пантеизм» появилось в литературе гораздо позже, два с половиной столетия спустя от греческих «пан» (все) и «теос» (Бог), — но мы, прибегаем к нему для краткости, чтобы под­черкнуть - самое главное, что шло вразрез с устоявши­мися взглядами»^d . Объединение Бога с миром и даже отождествление их друг с другом имеет давнюю ис­торию – такого рода представления бытовали уже в Древней Индии (в особенности в брахманизме, инду­изме и ведайте), в Древ

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать