Практики суррогатных оправдательных приговоров

Практики суррогатных оправдательных приговоров

Асмик Новикова

Судебное разбирательство – две логики понимания

Обыватель воспринимает суд как инстанцию, в которой есть шанс, пусть небольшой, добиться справедливости. Это утверждение может показаться даже наивным, игнорирующим общее мнение о зависимости судов и их равнодушии к людям. Но оно основано на данных массовых опросов, которые проводят социологические центры в России, а также на результатах наших собственных исследований.

Надежда на суд произрастает, как представляется, из парадоксального сочетания причин. С одной стороны, люди стараются суда избегать, усматривая в суде наиболее нежелательный способ решения своих конфликтов, когда исчерпаны другие возможности. То есть суд – это вариант эскалации конфликта при отсутствии альтернатив его решения. С другой стороны, суд – это государственная власть, и какая бы она ни была, обычному человеку в России свойственно искать защиту у государства. Человек рассчитывает, что сильное государство разберется в его частной проблеме. При нежелательности обращения в суд, судебное вмешательство расценивается как авторитетный способ решить проблему.

Уверенности таким ожиданиям придает публичность работы судов и личное участие человека в процессе. Это очень сильно отличает суд от других государственных органов – судебный процесс происходит открыто, при свидетелях, и человек рассчитывает на то, что вранье в публичном пространстве по меньшей мере затруднительнее, чем оно же во время разбирательства правоохранительных или других государственных органов, по общему правилу проводимое без участия человека и в закрытом ведомственном режиме - то есть таком, когда у человека практически нет возможности повлиять на то, как работают с его обращением.

Сказанное справедливо для обычных людей с их частными проблемами, которые не имеют опыта обращения в суд. Те же, кто с судами сталкивался, весьма критичны, но их критика конкретна и, как правило, направлена на обезличенный бюрократизм судебного процесса.

Идеализации судов основаны на идее, что суд – это институт достижения социальной справедливости, то место, где пытаются разобраться в проблеме. Но в реальности оказывается, что судебный процесс оперирует другим понятием справедливости. В судебной практике справедливость – это следование предписанным процедурам, которые основаны на законе и подкреплены документами. Разбирательство в суде, исследование доказательств по делу включает опрос свидетелей, но в большей мере, суд работает не с реальностью и проблемой человека, а с тем, как она отображена в документах каждого дела. И это, как правило, быстро опровергает иллюзии граждан, особенно - в ходе уголовных процессов.

Уголовный процесс – процессуальная формализация реальности

Уголовный процесс – предельно формализованная процедура привлечения к ответственности и доказывания вины. Рассматривая уголовные дела, суд выясняет, насколько были соблюдены процессуальные требования, каждое ли действие следователя соответствует процедуре, каким образом процессуально закреплены доказательства и пр. При этом наличие подтверждения, что процедура имела место, и отсутствие обжалований понимаются как соответствие процедуры требуемому качеству.

Самый простой пример, - требование уголовного закона о необходимости разъяснить права подследственному. Во время судебного разбирательства суд ищет соответствующую бумагу в уголовном деле, в которой фиксируется, что права разъяснены и стоит подпись человека. Наличие такой бумаги в деле ставит точку в вопросе о том, как на самом деле эти права разъяснялись, были ли они понятны человеку, особенно последствия от использования этих прав.

Формализация уголовного процесса служит гарантией соблюдения прав, обязательные процедуры призваны защитить человека от произвола властей. Но практика судебного рассмотрениядел, которая сложилась, переводит реальное содержание дела в то, которое оформлено в уголовном деле. Проверяя полноту «пакета документов», законность вынесенных решений, обоснованность и допустимость доказательств, по сути, суд не разбирает реальное существо дела, а контролирует качество следственной работы и соблюдение правил уголовного процесса.

Человек как бы выпадает из происходящего. Преимущественное значение имеют документально подтвержденные обстоятельства дела. По идее это разумные гарантии «объективности» правосудия, но в практике судебного разбирательства эти гарантии становятся содержанием процесса, а не его оформлением. В качестве иллюстрации приведем случай с рассмотрением в суде жалоб о применении пыток.

Уголовное законодательство позволяет человеку обжаловать действия должностных лиц, например, отказы в возбуждении уголовного дела. Человек привлекается к уголовной ответственности за совершение грабежа. В ходе расследования преступления к нему применяются недозволенные методы. Человек жалуется в Следственный комитет на применение пыток и просит возбудить уголовное дело в отношении тех сотрудников, которые их применили. Следственный комитет проводит проверку по обращению гражданина, по результатам проверки отказывает в возбуждении дела. Во время судебного разбирательства по делу о грабеже, суд оценивает допустимость доказательств – то есть решает в том числе вопрос, были бы доказательства получены с помощью недозволенных методов. Во время суда человек заявляет, что его пытали. Суд обращается к материалам дела и исследует документы: заявл

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать