Гендерные особенности этнической идентификации

Этническая идентичность складывается под воздействием целого ряда социокультурных факторов. Ее становление включает и специфические гендерные представления. В настоящее время понятие “гендер” используется для обозначения социокультурного конструирования поведения, личностных качеств, идентичности индивида в зависимости от пола. По мнению современных исследователей, основания гендерной асимметрии весьма разноплановы: экономические, культурные, юридические, языковые1. Сделав их предметом своего анализа и широко используя эмпирические данные, авторы показывают, что гендер вовсе не умозрительная схема, а отражение социальных реалий. Однако гендерная концепция еще не достаточно глубоко затронула проблему этнического самосознания. На сегодняшний день можно выделить два направления, в рамках которых представлены материалы исследований гендерной специфики этнической идентификации. Во-первых, это описания примитивных обществ и, во-вторых, исторический анализ эволюции гендерных ролей от ранних обществ к современным. И тот, и другой опыт обращения к данной проблематике имеет этнографический характер2. Чисто социологический подход к изучению этой темы еще не получил распространения и развития. Практически нет материалов о подобных исследованиях на примере современных обществ, и в частности современного российского общества. Данные, полученные в рамках исследования “Этническое самосознание как фактор поведения социальных групп” (проект N 93-03-04198, поддержан РГНФ), подтолкнули нас к более пристальному рассмотрению проблемы дифференциации процесса этнической идентификации в зависимости от пола. Однако гендерная проблематика не являлась центральной задачей нашего исследования, поэтому сделанные нами выводы, носят скорее пилотажный характер и могут рассматриваться в качестве гипотез, требующих дальнейшего развертывания и проверки.

Размышления и предварительные выводы, предлагаемые вниманию в данной статье, основываются на качественном анализе материалов глубинных семейных интервью и анализе количественных данных анкетного опроса татар и русских, проживающих в Ульяновской области.

Для прояснения логики нашего анализа обозначим предпосылку, ставшую отправным моментом в интерпретации полученных качественных данных. Современная культура характеризуется асимметрией гендерной социализации, которая отражает сексистские установки общества. На наш взгляд, в рассмотрении гендерной специфики этнической идентификации правомерно исходить из признания существования в современном обществе значимых различий социальных ролей мужчины и женщины. Дифференциация половых ролей и стереотипов маскулинности и феминности не только отражает и освещает связанные с половым диморфизмом и предположительно обусловленные им индивидуальные различия в поведении и психике мужчин и женщин, но и порождает такие различия3. Сегодня вряд ли кто-либо станет отрицать эту реальность. Многие факты, подтверждающие социальное неравенство между мужчинами и женщинами, лежат на поверхности и не требуют доказательств. В научной среде принято говорить о целой совокупности “объективных” экономических, культурных и религиозных факторов, детерминировавших эти исторически сложившиеся социальные роли. Разделяя данный дискурс, хотелось бы в то же время подчеркнуть, что, являясь результатом развития общества, гендерные ролевые различия на сегодняшний день воспринимаются и транслируются не просто на уровне стереотипа, но, более того, на уровне норматива, требующего жесткого соответствия и подчинения ему.

В задачи данного исследования не входило отдельное изучение и определение современного содержания социальных гендерных ролей. Гендерная дифференциация поведенческих норм значительно варьирует в разных социальных и этнокультурных средах. Однако на базе собранного материала правомерно обозначить, как нам кажется, самые важные, с точки зрения предмета исследования, смысловые и поведенческие поля, в которых осуществляется социально одобряемая жизнедеятельность мужчины и женщины в современном российском обществе. Существующие поведенческие различия задаются нормативными представлениями и ролевыми ожиданиями конкретного общества, и именно они определяют, как показывают результаты исследования, дифференциацию этнического самосознания мужчин и женщин. Социальная детерминированность мужского и женского поведенческого репертуара, распространенные модели брачного поведения существенно влияют на процесс идентификации личности, в том числе этнической.

Тот вариант общественного реформирования, по которому движется сейчас наше общество, по-прежнему предполагает воспроизводство традиционных гендерных ролей. Роль женщины издавна сводилась к обеспечению внутреннего климата семьи, сохранению устойчивых семейных связей. О том, насколько успешно женщина справляется с этой задачей, всегда судили по прочности и стабильности отношений внутри семьи. На наш взгляд, понятие “дружная семья” как нельзя лучше отражает сущность идеально реализованной женской роли в традиционном ее смысле. Как показали материалы интервью, и в русских, и в татарских семьях по-прежнему сохраняется именно такой подход к оценке женщины - жены, матери. Результаты количественного опроса также отражают эту тенденцию: в целом по выборке 29% респондентов категорично утверждают, что “место женщины дома”, не согласны с этим - 16%.

Высказывания мужчин - участников исследования - позволили нам сделать вывод о том, что одной из важнейших функций мужчины в семье является установление внешни