Сознание и язык

Чем бы ни занимался человек, он непрерывно говорит и даже тогда, когда работает или отдыхает, слушает или думает. Человеку свойственно говорить точно так же, как ходить или дышать. Мы очень редко задумываемся над тем, что такое язык и как возможно общение с другими людьми? Воздействие языка на нас настолько универсально, что трудно с уверенностью и однозначностью ска­зать, является ли он врожденной способностью или мы научаемся говорить, постепенно овладевая им. Ясно одно, что осознание чело­веком собственного бытия в разнообразии своих отношений к миру, к другому и к самому себе в значительной мере определяется воз­можностями его языка. Язык предоставляет ему необходимые ус­ловия и средства преодолеть ограничения своего психосоматиче­ского опыта, выйти за его пределы и удовлетворить свои жизнен­ные, познавательные и коммуникативные потребности.

Столь принципиальная роль языка в сознательной деятельности определяется естественной (психической и телесной) и культурно-исторической природой человека. Человек создавал язык как сред­ство своей жизнедеятельности, с помощью которого он мог, как при­спосабливаться к окружающей среде, раскрывать тайны природы и воздействовать на нее, так и выражать собственные состояния со­знания и мысли, переживания, желания, воспоминания, сообщать что-либо другим людям.

Каждый из нас с момента рождения получает язык как уже готовую, существующую совокупность средств, правил, норм обще­ния людей. Он использует их в целях передачи своих мыслей дру­гому в форме письменной или устной речи. Когда речь построена по правилам языка, то она становится понятной другому человеку. Наша речь — это наша индивидуальная способность употребления языка как связной совокупности социально-значимых средств об­щения. «Дар речи» (выражение выдающегося ученого-языковеда Ф. Соссюра) — это способность, «произрастающая» из психиче­ских и телесных глубин человека, имеющая выраженную биогене­тическую зависимость и использующая язык. Не вдаваясь в под­робности различения речи и языка, укажем на общность их связей, укорененных в истории, культуре, обществе, общении людей, в чело­веческой психике и теле. Сопряженность языка и сознания, его роль в актах сознания заставляет нас, скорее, говорить о речесозна тельной деятельности человека. Воплощенный в речи, язык фун­кционирует в сознании сообразно потребностям и целям человека в повседневной жизни и общении, в познании и оценке, в принятии решений, хранении, воспроизведении и передаче своего опыта дру­гим поколениям людей. Тело, его органы, психика и сознание «про­питаны» свойствами речи.

Знаком называют взаимосвязь означающего (в форме письма, рисунка или звука) и означаемого (значения слова или понятия). Языковой знак соотносится, как правило, со словом, в форме которо­го усматривают минимальную единицу языка. Способность любого знака обозначать какое-то явление, свойство, отношение обычно называют его значением, или понятием. Например, с понятием о камне ассоциируется предмет со свойствами твердости, тяжести, формы и др. Совокупность свойств, образующих понятие о камне или значение слова «камень», никак не связана с произвольной по­следовательностью буквенных знаков или произносимых звуков к-а-м-е-н-ь, которые его выражают. Это понятие могло быть выра­жено каким угодно знаком — означающим, о чем свидетельствуют его написания и произношения в различных языках. Тем самым мы замечаем, что связь между знаком и значением, означающим и означаемым произвольна, т.е. она ничем не детерминирована ни со стороны знака, ни стороны значения. Знак и значение взаимно определимы: знак — всегда то, что имеет значение, а значение — это то, что обозначается знаком, выражается в его письменной, изоб­ражаемой или звуковой форме.

Надо заметить, что сам термин «знак» имеет длинную историю от античной философии до сегодняшнего компьютерного модели­рования.

Уже Платон отличает способность языка представлять предметы через отношение подобия между означающим и означае­мым от способности языка действовать на основе соглашения, дого­воренности. Произвольность знака отчетливее намечается у сто­иков. Под означающим они подразумевали то, что воспринимается, а под означаемым — то, что понимается. Семиотические свойства языка, выражавшие его способности обозначения явлений, стали предметом философских исканий средневековых мыслителей от Ав­густина до Фомы Аквинского. Свойства знака привлекают своей искомостью, универсальностью и разнообразием возможностей его употребления. Одни знаки отличаются от других по тому, как они обозначают предметы. Поэтому знаки всегда пытались раскласси­фицировать. С каждым видом знака ассоциировалась та роль, кото­рую он играл в жизнедеятельности человека.

Одной из первых современных классификаций знаков считается разделение знаков на три основных вида, предложенное Ч. Пирсом.

Он выделил «иконические знаки», «знаки-индексы» и «знаки-симво­лы». Иконический знак обладает сходством с тем, что он обознача­ет; знак-индекс может играть роль признака (дым — признак кос­тра) или симптома (жар — симптом высокой температуры); знак-символ действует на основе договоренности о том, что он будет обозначать.

Наиболее распространенные классификации знаков, как прави­ло, сводятся к разделению их на неязыковые и языковые, или на естественные и искусственные. Так, Гуссерль делит знаки на «зна­ки-указатели» и «знаки-выражения». Первые из них он относит к неязыков