Этническая прогностика: возможно ли ее создание?

О. Я. Бондаренко

Аннотация. В статье рассматривается возможность моделирования развития социально-этнических процессов на долгосрочную перспективу. Автор исходит из теории пассионарности Л.Н.Гумилёва, однако не принимает ее механически, а старается переосмыслить, предлагая собственное видение пассионарности. Впервые опубликована в журнале “Центральная Азия и Кавказ” (Швеция), №3(4) за 1999 г. Опубликована в хрестоматии “Современная этнопсихология” (под общей редакцией А.Е.Тараса) в качестве вводной статьи.

Мир вступает в новое тысячелетие. К сожалению, вступает со стыдом. Так хотелось в конце XX века похвастаться (самим себе), что человечество уже не такое, как прежде, и научилось цивилизованно разрешать любые этнические конфликты, не прибегая к грубой силе и бомбежкам. И вот – конфликт в Югославии, “смазавший всю картину”.

Почему он произошел?..

Прежде всего, нужно найти в себе силы и, абстрагируясь от эмоций, признать: у мирового сообщества в лице НАТО были вполне обоснованные причины для начала боевых действий против режима Милошевича. Милошевич, известный как “балканский мясник”, относится к типу беспринципных политиков, пренебрегающих правами этнических меньшинств; как в свое время и Саддам Хуссейн, Милошевич испытал на себе адекватные действия Запада.

Не следует забывать и то, что в первые недели авиационных налетов необъявленная война на Балканах велась со стороны НАТО относительно корректно, если вообще допустимо употреблять слово “корректность” применительно к войне. Гражданским объектам по существу ущерб почти не причинялся (большинство российских средств массовой информации давало, на мой взгляд, несколько искаженную, тенденциозную информацию, обусловленную политикой Москвы). Лишь на третьей неделе бомбежек, когда стало очевидно, что “блиц-криг” не удался и у Запада начали сдавать нервы, прицельность обстрелов резко снизилась. Среди мирного населения появились серьезные жертвы.

Парадокс в том, что, несмотря на обоснованность и первоначальную “корректность” ведения войны, вся она явилась следствием грубых дипломатических ошибок и политических просчетов. Ничто оправдать эту войну не может, тем более ссылки на западную демократию. Прибегнув к военной силе, НАТО поставило себя в крайне щекотливую ситуацию: 1) кампания оказалась затяжной и создала Милошевичу ореол чуть ли не “мученика идеи”; 2) выигравших в этой войне не будет, ибо в случае формальной победы НАТО пощечину получат ООН, пацифисты, а заодно и все славяне, а в случае формального поражения НАТО – разнообразные этнические меньшинства; 3) европейское сообщество рано или поздно расколется, затормозив процесс общеевропейской интеграции и соответственно введение в оборот евро. Добавьте к этому огромные финансовые потери, структурное переустройство мира (мир будущего без ООН?) и ряд чисто специфических проблем в отдельных государствах, например в Германии, где ныне проживает 1,3 млн. сербов, т.е., по сути дела, 1,3 млн. потенциальных врагов или, во всяком случае, эмоциональных противников германского правительства на ближайшую перспективу.

Практика показала чрезвычайно плохую информированность военных Европы о положении на Балканах и национальном менталитете сербов – естественно, не в количественном аспекте, а, так сказать, в качественном, когда уверенность в собственных силах и собственном превосходстве не позволила разумно проанализировать факты элементарной военной истории. Когда-то Бисмарк предупреждал о нежелательности любых военных кампаний против России. Увы, в случае с Югославией для нее не нашлось своего Бисмарка.

В психологии и психиатрии известно такое явление как “компульсия” (разновидность невроза) – непреодолимое стремление совершать нерациональные поступки. Выражаясь языком Козьмы Пруткова, “если нельзя, но очень хочется, то можно”. Наивно думать, что руководство стран Западной Европы и США не предвидело последствий такого своего шага. Оно не могло их не предвидеть. Другое дело, что справиться со своим желанием не удалось. Подобно тому, как боевой конь бьет копытом, горя желанием броситься под пулемет, так и в данном случае: руководители развитого мира совершенно сознательно (а может, и не совсем сознательно) решились затянуть на своей шее удавку.

Не так давно Джордж Сорос предсказал возможность глобального кризиса в самих Соединенных Штатах, по сравнению с которым все недавние кризисы покажутся просто цветочками. Если события в Югославии (включая и их прямые последствия) наложатся на обещанный кризис, то, как говорят физики, произойдет резонанс. Конечно, мир не провалится в тартарары. Но, вполне возможно, будет расчищено место для совершенно новых лидеров Земли XXI века – стран Азии, в т.ч. мусульманских, а также Латинской Америки и, не исключено, России.

Впрочем, возможно, война на Балканах к этому не приведет. Но она показала, что следующая подобная война будет иметь примерно такие последствия. Лиха беда начала.

Итак, события 1999 года ярко высветили неспособность западной системы к глобальному контролю за событиями. Добавьте к этому то, что сегодня называется кризисом гносеологии и методологии и вообще существующих философских учений, бессилие современных гуманитарных наук (социологии, психологии и этнопсихологии, конфликтологии, политологии и др.), которые принципиально не могут устранить из нашей жизни насилие и войны, экономическое несовершенство стран Запада с их незащищенностью перед стихийностью рынка, наконец, надвигающ