Категория амбивалентности в теории воспитания человека

Под неоднозначностью человеческой психики в настоящей статье понимаются различные формы и проявления 1) одновременной противоречивости мотивов, мыслей, поступков, а в процессе принятия решений — смятенности, сложной игры мотивов (амбивалентность, амбигуентность); 2) многомерности стабильных феноменов психики и ее проявлений (вера, научная деятельность, художественное творчество, жизненный стиль), а также — социально-исторических и социально-психологических явлений, состояний и процессов.

Амбивалентность (от лат. ambo — оба и valentis — имеющий силу) — это одновременность противоположно направленных мотивов и деяний (применительно к поступкам применяется термин "амбитендентность"). Она характеризует не просто смешанные чувства и побуждения, а противоречивые, те, которые испытываются не последовательно, а практически одновременно.

Амбивалентность стала фундаментальным понятием, которое используется при анализе и здоровой, и больной души. Она свойственна и индивиду, и группам людей, и большим их массам. В настоящее время амбивалентность предстает как один из законов человеческой натуры, а именно — закон одновременности разнохарактерных (часто противоположных) влечений, чувств, мотивов поступков, ценностей, отношений, ожиданий.

Эйген Блейлер, введя это понятие в научный дискурс, рассматривал его с трех точек зрения. Аффективная амбивалентность означает, что субъект одновременно и любит, и ненавидит одного и того же человека, как это имеет место, например, в случае ревности. Интеллектуальная амбивалентность — это одновременное возникновение и сосуществование мыслей противоположного характера. Волевая — осуществление выбора между полюсами интенций.

Неоднозначность человека проявляется на всех уровнях его индивидуально-социального бытия. Явление амбивалентности объясняется способностью чувств, мыслей, отношений и действий человека вступать в самые разные, в частности, взаимоисключающие сочетания. Амбигуентны, т.е. неясны, размыты, смутны, многозначны, подчас двусмысленны языковые и художественные феномены, основоположения наук, принципы искусства и практики, а также явления коллективного сознания и коллективного бессознательного.

Двойственность нервных процессов на физиологическом уровне выявил А.А.Ухтомский. В каждый момент на сенсорную систему действует множество раздражителей. Процесс распознавания какого-либо определенного стимула есть поэтому следствие сочетания факторов, характерных для данной ситуации. Возникновение ощущения зависит и от интенсивности раздражителя, и от соотношения побочных факторов, и от накопленного человеком опыта.

Хронотоп — синкретичное измерение пространства и времени, в котором они нераздельны, — имманентно двулик. Это в такой же степени "осовремененность пространства , в какой и опространственность времени". А.А.Ухтомский исходил из того, что гетерохрония есть условие возможной гармонии: увязка во времени, в скоростях, в ритмах действия, а значит, и в сроках выполнения отдельных элементов образует из пространственно разделенных групп функционально определенный "центр" — доминанту [1].

На учение о двойственности хронотопа до сих пор опирается мировая наука, изучающая живые движения и действия. С ним согласуется физиология активности, созданная Н.А.Бернштейном [2]. Мы обнаруживаем неоднозначность каждого чувства: любовь к красоте и смущение перед ней, любовь к хорошим людям и неприязнь к ним, поиск совершенства и желание разрушить его. Все мы должны как-то неитрализовывать эти разрушительные импульсы внутри нас.

К самым лучшим чувствам человека часто примешивается страх. Например, страх красоты. Так, в народной культуре, как и в культуре книжной, она часто наделяется демонической, губительной силой. Наиболее известные примеры — рассказ Анатоля Франса "Дочь Лилит", стихотворение Марины Цветаевой "Попытка ревности", рассказ Давида Фришмана "Лилит" и др. Нередко человек испытывает страх счастья. М.М.Зощенко писал о страхе здоровья, охватившем его по выздоровлении от долгой мучительной болезни [3].

Страх достижений, побед, величия подробно исследовал Абрахам Маслоу [4]. Он показал, что мы постоянно проявляем противоречивое и двойственное отношение к высшим возможностям других людей и человека вообще. Разумеется, мы любим хороших людей, святых, честных, доброжелательных, чистых, восхищаемся ими. Но разве можно, заглянув в глубины человеческого естества, не признать наличие смешанных, а часто даже враждебных чувств по отношению к святым? Или к очень красивым женщинам и мужчинам? Или к великим творцам? Или к нашим интеллектуальным гениям? Не надо быть психотерапевтом, чтобы увидеть это явление, назовем его "контроцениванием".

Конечно, мы восхищаемся людьми, воплотившими в себе истину, добро, красоту, справедливость, совершенство, успех. Но одновременно они заставляют нас испытывать неловкость, беспокойство, смущение, в какой-то мере ревность или зависть, чувство неполноценности, неуклюжести, лишают нас нашего апломба, самообладания, самоуважения. Величайшие люди самим своим существованием, независимо от своих намерений, заставляют нас ощутить нашу меньшую ценность.

Если научиться более чистой любви к высшим ценностям в других людях, это побудит любить такие ценности и в самом себе, в меньшей мере боясь их. Мы занимаем двойственную позицию и по отношению к собственным духовным возможностям. Большинство из нас определенно мож