История музыковедения

Первоначальные элементы научного подхода к музыке были заложены в высокоразвитых культурах древнего мира (Китай, Индия, Греция и др.). Так, ещё до н. э. китайским музыковедением была разработана 5-звуковая музыкальная система (пентатоника), в 3 в. — 7-звуковая система; кроме того, путём квинтовых акустических соотношений был установлен 12-ступенный хроматический звукоряд («лю» или «люй»). В Древней Греции была создана стройная система ладов, исследовались акустические закономерности интервалов, разрабатывалось учение об этосе, связывающее различные лады, ритмы и т. д. с теми или иными эмоциями и моральными качествами. Это учение противопоставлялось абстрактно-космологическим взглядам на музыку, господствовавшим в Египте и других восточных странах. Крупнейший греческий теоретик музыки Аристоксен (4 в. до н. э.), ученик Аристотеля, выдвинул принцип изучения музыкальных явлений на основе слухового восприятия, в противовес числовой мистике Пифагора и его последователей.

Свод основных достижений античного музыковедения был дан в трактате римского философа и учёного Боэция «О музыке» (5 книга; 6 в.), оказавшем значительное влияние на развитие средневековой теории музыки. Однако у средневековых теоретиков музыкальные воззрения часто приобретали схоластический характер. Изыскания музыкальных учёных позднего средневековья были направлены главным образом на выработку практических правил многоголосного письма, усовершенствование нотной записи и т. п. (Гукбальд, Гвидо д'Ареццо и др.). Большой вклад в развитие М. внесли учёные Средней Азии [Абу Наср аль-Фараби (10 в.), Ибн Сина (Авиценна, 10—11 вв.)], арабские, персидские, византийские теоретики.

В эпоху Возрождения сводятся в стройную систему правила полифонии, вырабатываются основы мажоро-минорной ладовой системы и закладываются основы учения о гармонии (швейцарский учёный Глареан, итальянцы Дж. Царлино и В. Галилеи), опирающегося на данные слухового опыта и законы акустики. В 17 в. учение о гармонии было развито в трудах французского теоретика М. Мерсенна, содержащих также богатые и ценные сведения по истории музыки.

Утверждение гомофонно-гармонического склада в европейской музыке (с конца 16 в.) порождает сначала учение о генерал-басе, а затем систему Ж. Ф. Рамо («Трактат о гармонии», 1722) — виднейшего представителя классической школы теоретиков. В развитии музыкально-эстетической мысли 17 и 18 вв. большую и для своего времени положительную роль играла так называемая теория аффектов, сводившаяся к попыткам установить прямую связь между определёнными композиционными приёмами, средствами выражения и соответствующими им эмоциями, чувствами, аффектами. Наиболее законченное выражение эта теория получила в работах немецкого музыкального учёного 18 в. И. Маттезона.

Присущие теории аффектов черты рационалистической абстрактности были подвергнуты критике в работах французских энциклопедистов — Д. Дидро, Ж. Д'Аламбера, активно участвовавших в борьбе музыкально-эстетических направлений 18 в. Отстаивая реалистические принципы в музыке, они понимали её как выразительный «язык чувств» и особенно важное значение придавали мелодии.

Пробудившийся в эпоху Возрождения интерес к историческому изучению музыки получил дальнейшее развитие в крупных музыкально-исторических работах 18 в. Дж. Б. Мартини (1781, Италия), Дж. Хокинса, Ч. Бёрни (1776—89, Великобритания).

Развитие передовой музыкально-эстетической мысли в 19 в. было связано с выдающимися достижениями в области музыкального творчества, с расцветом национальных композиторских школ во многих европейских странах. Прогрессивные деятели зарубежного М. и музыкальные критики боролись против формализма, за высокую идейность, содержательность музыкального творчества. Ряд важных теоретических проблем был поставлен в музыкально-эстетических и критических работах крупных композиторов — Г. Берлиоза, Р. Шумана, Р. Вагнера, Ф. Листа.

В западноевропейском теоретическом музыковедении на протяжении большей части 19 в. главенствовала так называемая традиционная школа (труды француза Ш. Кателя, чеха А. Рейхи, немцев — А. Б. Маркса, Л. Буслера, Э. Рихтера и др.). Эта школа систематизировала музыкально-композиционные приёмы и средства по отдельным отраслям музыковедения (гармония, полифония и т. д.). Положительными сторонами «традиционной» школы являлись тесная связь с практикой композиции, стремление обосновать правила музыкального сочинения данными слухового восприятия и примерами творчества великих мастеров-классиков. Вместе с тем работы большинства её представителей страдали эмпиризмом и слабостью теоретических обобщений. В последней четверти 19 в. утвердилась функциональная теория (немецкий учёный Х. Риман, английский — Э. Праут, бельгийский — Ф. Геварт), сторонники которой стремились рассматривать музыкально-композиционные приёмы и средства в их взаимной связи и использовать для объяснения музыкальных явлений данные естествознания. Однако и функциональная школа, внёсшая много нового в развитие теоретического музыковедения, не вышла за пределы формального метода анализа.

В историческом музыковедении западноевропейских стран 19 и 20 вв. большое место занимают публикации памятников музыкальной литературы от средневековья и до 18 в. включительно, монографические исследования, посвящённые жизни и творчеству выдающихся музыкантов или развитию отдельных музыкальных форм и жанров. Таковы многочисленные работы О. Яна, Г. Кречмара, Г. Аберта, А. Эйнштейна (Германия),