Восстановление памятника

Д. Б. Гришин

2(15) апреля 1908 года в Московском Кремле происходило большое торжество. Ровно в полдень из Алексеевского храма Чудова монастыря двинулся крестный ход в сторону Никольской башни. Здесь, в нескольких метрах от проездных ворот, в окружении парадных войсковых расчетов, именитых особ и высшего духовенства возвышался нововозведенный памятник. Церемония посвящалась его открытию и освящению.

Монумент представлял собой высокий бронзовый крест на трехступенчатом постаменте темного лабрадора. Высеченная на нижнем камне надпись говорила, что он поставлен в память об убитом на этом месте Великом князе Сергее Александровиче. Три с лишним года прошло с момента, когда произошел этот ужасный взрыв. И вот теперь бронзовая лампада горит перед образом распятого Спасителя, у подножия которого слова: "Отче, отпусти им, не ведают бо, что творят"1.

Митрополит Владимир (недавно причисленный Русской Православной Церковью к лику святых) окропляет святой водой крест и принесенные к нему знамена. При пении "Вечная память" все присутствующие вслед за Великой княгиней Елизаветой опускаются на колени. После возложения венков завершающий церемонию парад принимает брат Великого князя Сергея - Владимир Александрович. Среди почетных гостей Великий князь Дмитрий Павлович с сестрой Марией, принц и принцесса Гессенские, губернатор, члены Государственного совета, городской голова, предводители дворянства, почетные опекуны (среди них А.А.Пушкин, сын поэта), делегация купечества, видные ученые (в том числе И.В.Цветаев), иностранные консулы.

Здесь же и автор памятника - художник Виктор Михайлович Васнецов. Волнуется ли он, признанный мастер и шестидесятилетний профессор, за плечами которого уже не один блестяще исполненный художественный проект?

История создания этого шедевра не сохранила почти никаких документов, позволивших бы проследить организационные и творческие процессы. Пожалуй, во многом это объясняется особым характером заказа, уровнем, сводящим к минимуму число необходимых бумаг.

Официальным инициатором сооружения памятника считался 5-й Киевский гренадерский полк, один из старейших в Московском гарнизоне, прославивший свои знамена в Северной и Семилетней войнах, под Аустерлицем, Бородино, Плевной2. С 1903 года наряду с двумя другими армейскими частями он являлся подшефным полком Великого князя Сергея Александровича. В мундире Киевских гренадер Великий князь принял мученическую смерть. На следующий день после трагедии новым шефом полка Николай II назначил Великую княгиню Елизавету Федоровну.

Памятник должен отразить глубокую скорбь и христианское прощение, обличить ужас насилия и призвать к покаянию, явиться предостережением в момент захлестнувшей страну смуты. Столь трудная и ответственная задача ставится перед Виктором Васнецовым. Художника хорошо знали и ценили и при дворе, и в доме Великого князя Сергея. В 1901 году Васнецов закончил работы в русской церкви в Дармштадте, на родине императрицы Елизаветы. Перед этим он в течение десяти лет трудился над мозаиками храма Воскресения Христова ("Спаса на Крови") на месте смертельного ранения Александра II, отца Сергея Александровича. Таким образом имя художника свяжет два трагических момента в русской истории - два роковых взрыва.

Великий князь, будучи знатоком искусства, высоко ценил творчество Виктора Михайловича, не раз был у него в гостях. Для своей коллекции Сергей Александрович приобрел, в частности, картину "Три царевны подземного царства", поразившее его полотно "Птица Сирин и птица Алконост", написанное Васнецовым "не для продажи", но почему-то уступленное Великому князю. Как московский генерал-губернатор Сергей Александрович личным распоряжением разрешил Васнецову построить (с нарушением некоторых правил) задуманную мастерскую над городским домом3. Здесь художник позднее и создавал проект мемориального креста.

Кроме личностного отношения к этой работе не менее важным было и настроение художника, его переживание происходящих в это время событий. В последние месяцы он много работал над рисунками памятных крестов, посвященных жертвам русско-японской войны, писал огромные полотна для церкви в Гусь Хрустальном: "Сошествие во ад", "Страшный суд" и "Голгофа". В петербургский храм Семеновского полка Васнецов жертвует икону - лик Спасителя в терновом венце - для усыпальницы солдат, погибших при ликвидации вооруженных беспорядков в Москве, и их командира, убитого террористом4.

Задуманный Васнецовым памятник не имел аналогов, но возвращался к забытой русской традиции XIII-XVI веков возведения монументальных крестов, памятных и обетных. Центром такой композиции и одновременно символом Вселенной является распятие. Над горельефной фигурой распятого Спасителя Васнецов помещает образ скорбящей Богоматери, как бы опирающейся на вершину креста. По щеке Богородицы катится слеза, характерная для Васнецова деталь, трактуемая как символ очищения. Наивный пейзаж на заднем плане создают скала с редкой растительностью, тревожные облака и огромный лучистый полудиск солнца, усыпанный звездами, как ночное небо. Эта икона - важнейшая часть всей композиции, а главную смысловую надпись "Отче, отпусти им..." художник помещает симметрично ей, в подножии креста, на традиционном месте мертвой адамовой головы. Символа смерти на памятнике нет, его заменило прощение.

Обратная сторона креста по