Внешнесекреторная недостаточность поджелудочной железы

Хронический панкреатит — прогрессирующее воспалительное заболевание поджелудочной железы, характеризующееся необратимыми морфологическими изменениями в паренхиме органа, которые являются причиной абдоминальной боли и/или постоянного снижения функции ПЖ.

ХП по распространенности, росту заболеваемости, временной нетрудоспособности и причине инвалидизации является важной социальной и экономической проблемой современной медицины. В структуре патологии органов желудочно-кишечного тракта он занимает от 5,1 до 9%, а в общей клинической практике — от 0,2 до 0,6%. За последние 30 лет наблюдается общемировая тенденция к увеличению заболеваемости острым и хроническим панкреатитом более чем в 2 раза. В России отмечен более интенсивный рост заболеваемости ХП, распространенность которого у взрослых составляет 27,4—50 случаев на 100 000 населения.

В клинической картине болезни преобладает синдром мальабсорбции и болевой абдоминальный синдром, разнообразный по характеру и интенсивности, связанный в большинстве случаев с нарушением оттока панкреатического сока и увеличением объема секреции ПЖ, приводящих как следствие к внутрипротоковой гипертензии.

В настоящее время лечение таких больных сохраняет актуальность как в теоретическом, так и в практическом отношении, что в большей степени обусловлено многогранностью патогенеза и полиэтиологичностью ХП. Данная проблема вызвана, в первую очередь, сложностью терапии, направленной на устранение упорного болевого синдрома, а также трудностями в диагностике, связанными с неспецифическими проявлениями заболевания, и выступающей на первый план клиникой поражения соседних органов.

Ведущим направлением медикаментозного воздействия при обострении ХП является подавление секреции ПЖ с уменьшением объема панкреатического сока и концентрации ферментов. Это должно приводить к созданию «функционального покоя» железе, снижению протокового и тканевого давления и уменьшению, таким образом, болевых ощущений. Достичь этого можно прямым подавлением панкреатической секреции и опосредованно через ингибирование синтеза соляной кислоты, которое приводит к уменьшению образования секретина и в определенной мере холецистокинина. Теоретические положения для указанного утверждения были выдвинуты еще сотрудниками лаборатории И.П. Павлова — И.Л. Долинским и Л.Д. Попельским, открывшими в 1894—1896 гг. наличие тесной сопряженности между панкреатической секрецией и соляной кислотой, поступающей из желудка в двенадцатиперстную кишку. В дальнейшем были выделены эффекторные субстанции — гормоны секретин и холецистокинин, оказывающие стимулирующее влияние на ПЖ.

С современных позиций уже стала канонической точка зрения, согласно которой в определенных условиях возможна трансформация названных физиологических механизмов в патологические, приводящие к развитию ХП. Данный факт явился причиной включения ХП в число кислотозависимых заболеваний органов пищеварения и введения в комплексную терапию обострения ХП антисекреторных препаратов — фамотидина, омепразола, лансопразола, эзомепразола и рабепразола. Однако до сих пор нет однозначного подхода к назначению блокаторов желудочной секреции у больных ХП с внешнесекреторной недостаточностью ПЖ.

Известно, что внешнесекреторной недостаточности ПЖ, сопровождающейся снижением секреции бикарбонатов, часто сопутствует ацидификация двенадцатиперстной кишки, приводящая к инактивации принимаемых с заместительной целью полиферментных препаратов, что позволяет ряду авторов рекомендовать вводить в состав терапии ХП с внешнесекреторной недостаточностью блокаторы желудочной секреции (антациды, Н2-блокаторы, ингибиторы протонной помпы).

Целью исследования явилось изучение клинической эффективности рабепразола (париета) при хроническом панкреатите с тяжелой внешнесекреторной недостаточностью.

Результаты исследования и их обсуждение

Исходно диарейный синдром отмечен у 95% больных. На фоне проводимой терапии наблюдалась достоверная тенденция к нормализации стула во всех группах.

К 5-му дню от начала лечения стул нормализовался у 33,3, 35,5 и 55,0% больных соответственно в 1, 2 и 3-й группах. В группах, получавших рабепразол, отмечена большая частота нормализации стула независимо от суточной дозы препарата. Однако достоверных различий по частоте купирования диареи между анализируемыми группами к данному сроку не выявлено. К 10-м суткам терапии разница в частоте редукции диареи в группах, получавших рабепразол и омепразол, стала достоверной (р<0,05), причем сохранилась отмеченная ранее тенденция, показывающая эквивалентную эффективность рабепразола в обеих выбранных суточных дозах. К 20-м суткам прослеживалась прежняя тенденция — частота редукции диарейного синдрома при дополнительном назначении рабепразола достигла 64,6—66,7%, тогда как в группе больных, получавших дополнительно к полиферментным препаратам омепразол, данный показатель не превысил 35%.

Метеоризм исходно был отмечен у всех больных. На фоне проводимой терапии обнаруживалась достоверная тенденция к редукции метеоризма во всех группах. Так, к 5-му дню от начала лечения метеоризм в 1, 2 и 3-й группах сохранялся у 30,0, 32,3 и 50% больных соответственно, а к 20-м суткам - у 26,6, 22,5 и 50,0%. В группах, получавших рабепразол, регистрировалась большая частота редукции метеоризма независимо от суточной дозы препарата. Однако несмотря на кажущуюся разницу полученных данных, достоверных отличий по частоте купирования синдрома