Жизнь и деятельность Саши Черного

Бродя по набережным Сены , Саша пытался отыскать то место , где когда-то его любимый герой повстречался его любимому поэту.

У кого-то в Париже любимый герой д, Артаньян ,у кого-то граф Монте-Кристо.

А у него, - наверно, это кому-то покажется смешным, -у него Собачий парикмахер.

Быть может, в древности он был бы мудрецом,

В углу, на площади сидел, лохматый ,в бочке

И говорил глупцам прохожим правду

За горсть бобов…

Но современность зла:

Свободных бочек нет,

Сограждане идут своей дорогой,

Бобы подорожали

Псы обрастают шерстью,

И надо же кому-нибудь их стричь.

Это его литературный герой. Диоген, стригущий собак на набережной Сены .

Старый интеллигент, который задержался каким-то чудом на земле, когда кончились времена интеллигентов.

Может быть, он, как и автор его, из России, эмигрант, не

сумевший понять революцию. Многие в то время не поняли революцию, но

некоторые говорили, что поняли, и даже сделали в ней карьеру. Другие сначала

вроде бы поняли, а потом перестали понимать…

Вот тогда и кончились времена интеллигентов. Почему они

кончились? Неужто потому, что нет свободных бочек, бобы подорожали и надо же кому-то стричь собак? Наверное , причина в другом. Не в том ,что бобы

подорожали, а в том , что мудрость упала в цене .

Пришла жена с эмалевым судком,

Увядшая и тихая подруга.

Смахнула шерсть с собачьего стола,

Газету распластала.

Друг другу старики передают

С изысканностью чинной

То нож, то соль…

Молчат,- давно наговорились.

И только кроткие глаза

Не отрываясь смотрят вдаль

На облака - седые корабли,

Плывущие над грязными домами…

И это пишет поэт-юморист, смешивший некогда всю Россию. Почему же,

Приехав сюда, он не стал смешить Францию ? Франция любит смеяться еще со времени Рабле, смехом в ней больше заработаешь, чем слезами.

Если б он тогда не уехал… В 37-м ему было бы 57,в 49-м – 69.Но он умер в 32-м,

За несколько лет до того, как в России стали умирать его друзья…

А родился он в 1880-м, в один год с Блоком, и значит , это и о нем Блок сказал:

Мы_- дети страшных лет России-

Забыть не в силах ничего.

Впрочем, он это и о нас сказал, потому что страшные годы России не кончились и при нас, и не известно, при ком кончатся. Но то, что мы , дети этих страшных лет, не в силах ничего забыть, дает нам некоторые надежды, как давало Блоку и другим поэтам, его современникам.

Нашим современникам. Потому что поэты не привязаны к каким-то одним

временам, лучшие из них становятся современниками многих времен и поколе

ний. Правда, другие времена не всегда понимают, или наоборот, настолько хорошо понимают, что отказываются печатать этих своих современников из

других времен. Так, поэта , смешившего всю Россию, не печатали в России свыше сорока лет. Но читатели его не забыли и повторяли слышанное от родителей и от родителей:

От русского флота остались одни адмиралы…

Потому что дети страшных лет

России забыть не в силах ничего.

Во времена реакции 1908-1912 годов в России было много сатирических журналов. Видимо, реакция понимала , как сильно нужно ее критиковать.

А может, ничего она не понимала , просто у нее не было монополии на общественное мнение.

Другое дело- времена прогресса. Прогресс зачем критиковать?

Его критиковать нечего. Тем более что, начиная с тринадцатых годов, в стране утвердилось единое мнение, обязательное для всех органов печати, в том числе и сатирических. А если мнение одно, зачем же иметь два сатирических журнала ?

Поэтому из всех « Чудаков », « Смехачей », « Бузотеров » и « Бегемотов » ,

Уцелел один « Крокодил» ( крокодилы живут долго ).

И , начиная с тридцатых ,прогресс сам высказывал мнение о себе, не допуская никаких других мнений ( тем более сомнений : прогресс он или не прогресс).

Могла ли додуматься дореволюционная реакция ?

«Если б знать точно ,что можно , а что нельзя… -сокрушалась газета «Речь» в самый разгар реакции. -Но ведь именно этого у нас никто не знает. С одной строны, как будто все дозволено , а с другой, как будто и запрещено». К тридцатым годам никаких неясностей не осталось: было точно известно, что запрещено , а что не дозволено. Из журналов , критиковавших реакцию 1908-1912 годов, один пользовался успехом. Назывался он «Сатирикон»- в память о сатирическом романе жестоких нероновских времен .

Редактором «Сатирикона» был талантливейший и остроумнейший писатель Аркадий Аверченко, который не только редактировал, но и много писал для журнала (впоследствии эти два вида деятельности разделились: одни писали,

Другие редактировали ). Но главной его заслугой было то ,что он собрал в журнале лучших сатирических писателей того времени. В первом номере «Сатирикона» были напечатаны то ли смешные, то ли грустные стихи:

Все в штанах, скроенных одинаково ,

При усах, в пальто но в котелках.

Я похож на улице на всякого

И совсем теряюсь на углах .

Вот такой человек , пришедший прямо с улицы и похожий на всякого ,стал постоянно появляться на страницах «Сатирикона». Уже в следующем номере журнала он сообщил читателям важную новость , которую подсмотрел ,теряясь

На выше уп

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать