О происхождении названия Кавказ

М. А. Ююкин

Как известно, топоним Кавказ впервые упоминается в сочинениях Эсхила и Геродота, т. е. вскоре после завершения процесса Великой греческой колонизации VIII-VI вв. до н. э., частью которого было освоение греками северных берегов Черного моря (см. Античная Греция 1: 366 и сл.), в форме Κα?κασος, прил. Καυκ?σιος (Доватур, Каллистов, Шишова 1982: 86, 97). Эта форма без каких-либо изменений была заимствована латинским языком, ср. у Овидия: «Sed non Caucasea doceo de rupe puellas» ‘Но ведь я обучаю не девушек с Кавказских гор’ («Лекарство от любви»), «Devenit in Scythiam rigidique cacumine montis (Caucason appellant)» ‘спустилась в Скифию и на вершине суровой горы (ее называют Кавказом)’ («Метаморфозы») (Подосинов 1985: 48, 97, 52, 101), а из него попала в европейские языки: англ. Caucasus, нем. der Kaukasus и др. В русском языке название Кавказа впервые приводится в Лаврентьевской летописи (1377 г.): «Кавкасиискые горы».

М. Фасмер связывает этот ороним с гот. hauhs ‘высокий’, лит. ka?kas ‘шишка’, kaukarà ‘холм’ (Фасмер II: 153); также русск. кука ‘кулак’, кукиш, юж.-слав. и луж. слова для обозначения чего-то изогнутого, лит. ka?kas в значениях ‘желвак’, ‘нарост’, ‘домовой’, ‘гном’, ka?karas ‘бугор, холм, вершина горы’, др.-прусск. {*kauk-} (с многочисленными дериватами и сложениями, а также параллелями из других балтийских языков), др.-в.-н. h?h (совр. нем. hoch) ‘высокий’, англосакс. h?ah (англ. high) ‘то же’, др.-исл. haugr (исл. haugur) ‘холм, курган, груда, (навозная) куча’, др.-инд. kucáti ‘корчится, съеживается, кривится’, тохар. B kauc ‘высокий’ < и.-е. *keu-k- (:*kou-k-) (см. Фасмер II: 403-404; Pokorny I: 589; Топоров 1980: 274-275). Эта гипотеза представляется сомнительной: нетрудно заметить, что ареал распространения этой основы ограничен балто-славянско-германской диалектной областью (П. Гримм, И. К. Цейс, отчасти Ф. Бопп), а значение ‘возвышенность’ представлено исключительно в северной части этой области. Наличие рефлексов *keu-k- (: *kou-k-) в др.-инд. и тохар. не противоречит этой локализации, ибо эти народы до миграции могли непосредственно соседствовать с указанной областью, ср.: «Весьма вероятно, что ядро этой [индоиранской - М. Ю.] общности сложилось еще в южнорусских степях» (Хелимский 1990: 189), «Вероятные доист. связи тохар с финно-уграми могли бы послужить подтверждением гипотетич. пути тохар от лежащих на З. от Ср. Азии областей, где они могли соседствовать с предками носителей балт.-слав. и герм. языков…» (Иванов 1990: 517). Др.-инд. пример несет черты явной вторичности как по своему значению, так и в словообразовательном отношении (единственный в этом гнезде глагол от исконно именной основы).

О. Н. Трубачев считает, что название Кавказ было дано индоарийцами и привлекает для его этимологизации топонимический гапакс Croucasis (в других списках Groucasis) у Плиния Младшего: «Scythae ipsi… Caucasum montem Croucasim, hoc est nive candidum» ‘скифы сами… <называют> гору Кавказ Croucasi-’, т. е. ‘белоснежная’. Критикуя более ранние этимологии этого названия (от ир. χrohukasi- ‘сверкающий снегом’ (Маркварт), лтш. kruvesis ‘гололедица’, др.-в.-н. (h)roso ‘лед’ + др.-инд. k?çat? ‘блестит, сверкает’ (Кречмер), авест. kahrk?sa- ‘ястреб’ (Соболевский), автор, развивая этимологию П. К. Услара, рассматривает эту форму как первичную по отношению к Κα?κασος и реконструирует для этого топонима инверсионную и.-ар. праформу *gr?va-k??a ‘блестящая скала’ или *girau-kasi-, синтаксическое сложение Loc. sing. ‘на горе’ от основы на - i- м. р. giri- ‘гора’ и отвлеченное сущ. kas ‘блеск, сияние’ (первоначально название Эльбруса) (Трубачев 1983: 101-107). Не оспаривая убедительность такого объяснения Плиниевого топонима, мы, вместе с тем, не можем принять тезис о его генетической связи с названием Кавказ. Считать первичной форму, которая упоминается на 6-7 веков позднее предполагаемой трансформации (!), вряд ли оправданно с методологической и логической точек зрения. Кроме того, это объяснение требует ответа на вопрос, каким образом *gr?va-k??a или *girau-kasi- могло превратиться в Κα?κασος. О. Н. Трубачев обоснованного ответа не дает: «Можно лишь высказывать догадки о том, что форма на К- прошла через фильтр языка, который не терпит групп согласных в начале слова, а заодно и звонких согласных в этой позиции». Но без указания на то, что это за язык и каковы его связи со скифским, эти догадки повисают в воздухе. Вместе с тем, два эти названия слишком походят друг на друга, чтобы не возникло искушения предположить между ними некую связь. Единичность и относительно позднее упоминание формы Croucasis наводят на мысль, что она является результатом какого-то искажения. Не произошла ли здесь контаминация скифского названия, происходящего от др.-иран. auruša-, осет. vors ‘белый’ (Фасмер III: 506) (в полном соответствии с истолкованием Плиния), с употребительным у римлян именем Кавказа?

Наименьшей степенью достоверности обладают гипотезы, объясняющие топоним Кавказ как исконно тюркский со значением ‘белая гора’ (М. З. Закиев), от абхаз. казказ ‘сверкающий’ (Д. И. Гулиа, Р. К. Гублиа - Гублиа 2000: 79-81). Эти предположения игнорируют такой общепризнанный факт, как чуждость названия Кавказ языкам народов Кавказа; без объяснения остается также то, в силу каких причин первое з в