Британская историография средневековой Росси пер. пол. ХХ в. (Методологические подходы)

А.В.Рукавишников, Московский государственный университет им. М.В.Ломоносова

В начале ХХ века в связи с влиянием целого ряда факторов (экономических, политических (геополитических), культурных и т.д.) британская университетская наука обратила свое внимание на Россию. В 1907 г. было основано первое Объединение по изучению России (School of Russian Studies), в которое входили английские ученые, бизнесмены и политики, на базе Ливерпульского университета, где в 1908 г. было открыто Отделение изучения России (Russian department). Первым профессором Русской истории, литературы и языка в Британии стал Бернард Пеарс. В годы I Мировой войны деятельность Объединения постепенно переместилась в Королевский Колледж Лондонского университета, в 20е годы ставший самым влиятельным центром по изучению России в Великобритании. Несмотря на взрыв популярности России и всего русского в годы войны и особенно первых месяцев после прихода к власти Временного правительства ("вместо одного руссофила до войны у нас 1000 сейчас, и все эти быстрые изменения прошли в течение двух лет",- писал директор Королевского Колледжа Рональд Барроус Пеарсу в начале 1917 года [1]). После прихода к власти большевиков и неудачной интервенции Англии в Россию интерес к последней постепенно угас. В межвоенный период он оставался на довоенном (достаточно низком по сравнению с 1917 г.) уровне.

Однако достижения начала века привели к главному для нас результату - стали появляться труды британских ученых истории России. На ряду с трудами Пеарса и Невилла Форбса (профессора Русского языка в Оксфорде, 1910-1929 гг.) - лидеров изучения России - выходили работы таких ученых как Несбит Бейн и др., не связаных с университетской средой. Однако, ни в том, ни в другом случае труды по истории России не являлись оригинальными исследованиями, а скорее концептуальными обобщениями (general history).

Общим для всех этих трудов было то, что авторы владели (в той или иной степени) русским языком и были знакомы (опять же с разным успехом) с российской историографией и источниками. Впрочем, стоит признать, что в основном они пользовались переводами (на английский, французский, немецкий языки) таких трудов, как "Курс лекций по русской истории" В.О. Ключевского, сочинения С.Ф. Платонова и П.Н. Милюкова, текстами "Повести временных лет" (по Лаврентьевскому списку), Новгородской I летописи старшего извода, в 1914 г. изданной на английском языке в переводе Н.Форбса и Р.Мишеля.

Во второй половине XIX - первой половине ХХ в. одним из господстующих направлений в английской науке и публицистике была так называемая "Виговская интерпретация истории". По сути мы имеем здесь дело с особым англиийским позитивизмом:

В основании истории человечества лежал принцип прогресса, который понимался как развитие демократии и парламентаризма (от низших ступеней в древности до английской конституционной модели XIX века, как эталона) в ходе истории каждой отдельной нации и государства (в понимании этих терминов учеными того времени). По сути создавалась общечеловеческая модель истории "от Ромула до наших дней", в которой цепь событий прошлого прямолинейно вела к сегодняшнему моменту, события минувших веков рассматривались сквозь призму и описывались терминами современности. Таким образом, мы имеем дело "с превращением всей полноты связей прошлого в простую линейную прогрессию".[2, p.42] Вся человеческая история подразделялась "вигами" при помощи великих "водоразделов" - "революций": политических, культурных, религиозных (Ренессанс, Реформация, Просвещение и т.д.). "Историк - виг слишком легкомысленно соотносит изменения и достижения с такой-то партией или с таким-то персонажем, любой результат считая целью, которая была ими достигнута".[2, p.35] "Виговская интерпретация истории" была не просто одним из методов изучения истории - это некая всеобщая идеолого-философская модель, к которой прибегали политики, экономисты, социологи и историки среди прочих. Она составляла часть "коллективного мировоззрения" людей той эпохи.

Работа пионера изучения истории нашей страны Виллиама Морфилла "Россия", впервые вышедшая в 1891 году и выдержавшая множество переизданий,- один из примеров "Виговской интерпретации истории". Ход русской истории подчинен законам прогресса: выделяются сильные личности - "государи" (Андрей Боголюбский, Иван III, Иван Грозный, Борис Годунов, Алексей Михайлович). Их деятельность рассматривается с позиций укрепления страны, законотворческой деятельности, распространения просвещения, налаживания связей с Западом. Перед нами отличные образцы описательной истории (Морфилл не отрицает, что следует в манере Карамзину): для английского автора кон. XIX - нач. ХХ в. важнее не то, почему Россия достигла своего тогдашнего уровня развития, а то, как это произошло, то есть простое описание событий в определенной последовательности (отбор фактов) важнее их анализа. [3]

Более сложную картину представляют собой труды Пеарса [4], Форбса и Р.Бизли. [5] Бернард Пеарс, проведший 1898/99 учебный год вольным слушателем в Московском университете, присутствовал на лекциях Ключевского, которые произвели на него глубочайшее впечатление: "... мои упорные попытки изучения русской истории заключались в следовании тем путем, по которому он шел с такой легкостью и уверенностью"; "Ключевский уст