Желтый крестовый поход. Китбуга-нойон

В 1253 году на очередном курултае было принято решение завершить войну в Китае и совершить поход к берегам Средиземного моря, имея целью взятие Багдада, Дамаска и Иерусалима. Руководить последним был поставлен Хулагу-хан. Сам он был приверженцем одного из направлений буддизма, но его жена, Докуз-хатун, была христианкой и покровительницей христиан. Начальником штаба у Хулагу был найман Китбуга-нойон, ревностный несторианин. Своих помощников он набирал из единоверцев. В союз с монголами вступил армянский царь Гетум I, который в 1253 году лично прибыл в ставку Мункэ, чтобы заключить союз для совместных действий против мусульман. К этому же союзу примкнул и князь Антиохии Боэмунд, который был зятем Гетума. Казалось, что сбываются мечты христианского мира: на Востоке поднялось христианское войско для удара по неверным! Посмотрим же, как развивались события...

Подготовка похода велась очень тщательно. С предстоящего маршрута следования армии были отогнаны все кочевые племена, чтобы оставить нетронутыми пастбища. Через реки были наведены постоянные или понтонные мосты. В большом количестве заготовлен провиант и размещен на пути следования армии. Из Китая было выписано около тысячи специалистов по метательным машинам.

Вначале армия монголов двигалась неспешно. Лишь в январе 1256 г. она переправилась через Аму-дарью и вошла в Иран. К концу 1257 г. Иран был завоеван, причем были ликвидированы практически все крепости и опорные пункты исмаилитов. А в феврале 1258 г. армия Хулагу после незначительного сопротивления вошла в Багдад. На пятый день Хулагу приказал остановить грабеж города. Это событие произвело сильнейшее впечатление на весь христианский мир, а особенно на восточных христиан. По просьбе своей жены Хулагу запретил преследования христиан всех исповеданий (на свою беду и беду всего этого мероприятия он не видел и не понимал этих различий). Несторианскому патриарху был для устройства резиденции предоставлен дворец халифа. Армянский патриарх благословил Хулагу и его войско на священную войну. Здесь же состоялось и соединение монгольской армии с войсками Гетума I и Боэмунда антиохийского. Союзная армия двинулась на Сирию, прошлась по ней, а весной 1259 г. авангард монгольской армии был уже у стен Газы. Правда, Дамаск и Алеппо пали лишь в 1260 г., так как они, в отличие от Багдада, отчаянно сопротивлялись.

Весь ближний Восток стал христианским. Мусульмане разгромлены. Единственной опорой мусульман остался Египет. В Европе Хулагу и его супругу сравнивали с Константином и Еленой. Казалось бы, сбылась вековая мечта! Но не все этому радовались. Не радовались различные рыцарские ордена, тамплиеры и иоанниты, потому что с освобождением Гроба Господня они должны быть распущены. Не радовались папские легаты на Ближнем Востоке: ведь восточные христиане оказались несторианами, т.е. еретиками. А для них еретики были хуже мусульман и самого черта! И вот христианские рыцари-монахи заявляют, что "если придут монгольские черти, то они найдут на поле сражения слуг Христа готовыми к бою". Как оценить такую позицию крестоносцев? Более того, папский легат отлучил Боэмунда от церкви за союз с монголами! Да, далеко не все хотели победы креста любой ценой!

Тут начались и другие неприятности. В тылу у монголов в 1259 г. восстали грузины, которых монголы считали своими естественными союзниками и не лишили их самоуправления. Вместо того чтобы опереться на грузинские войска в войне с мусульманами, монголам пришлось тратить свои резервы, весьма скудные, так как основной театр военных действий находился в Китае, на подавление этого восстания.

11 августа 1259 г. умер Мункэ-хан. Когда Хулагу получил известие о его смерти, он срочно свернул все свои дела и вернулся в Иран. В империи монголов во время междуцарствия все чингисиды должны были присутствовать на курултае лично. В Палестине под командованием Китбуги-нойона осталось по различным данным от 10000 до 20000 человек.

Против них стояли мамлюки Египта, у которых с монголами были свои счеты. Ведь почти все они попали в свое время на невольничьи рынки из монгольского плена. Они помнили все, и повторения не желали допустить. Более злейшего врага для монголов трудно было придумать. Но коннице мамлюков было очень трудно пересечь Синайскую пустыню, так как все опорные пункты на морском побережье находились в руках христиан.

Итак, летом 1260 г. Китбуга-нойон со своим войском стоял около Баальбека. Позиция у него была надежной. С востока - пустыня, с запада - замки христианских рыцарей, которых он считал своими союзниками. Но тут вмешался случай, который в Европе прошел бы незамеченным, а здесь сыграл роль запала. Владетель Сидона, Жюльен, был человек необузданных страстей. Траты его значительно превышали его доходы. Он давно заложил тамплиерам свой город и промышлял грабежами соседей. В Европе это обычное дело. Так он ограбил окрестности Тира, где правил его родной дядя. До прихода монголов он грабил Сирию. Вот и в этом году он напал на мирное население и вернулся в Сидон с добычей и пленными. Он или забыл, что Сирия уже год принадлежит монголам, или не придал этому обстоятельству никакого значения.

Монголы очень удивились. Они считали, что грабить можно врагов, а не союзников. Чтобы урегулировать это недоразумение был послан небольшой отряд под командованием племянника Китбуги-нойона. Рыцари увидели, что монголов мало и перебили весь отряд. Монголы такого предательства простить не могли! Они быстро пошл