Итоги деятельности Временного правительства (март-октябрь 1917 г.)

Г.Н.Кочешков

В результате Февральской революции власть в России перешла к партиям, прежде находившимся в оппозиции царскому режиму. Многие видные общественные деятели, представители разных политических сил входили в течение марта-октября 1917 года в состав Временного правительства: П.П.Юренев, Н.М.Кишкин, С.С.Салазкин, Ф.Ф.Кокошин, князь Д.И.Шаховской и др. Казалось, наступило время для реализации либеральных идей.

Действительно, Временное правительство сразу осуществило ряд крупных мероприятий. Оно провозгласило свободу слова, печати, союзов, собраний, стачек, отменило сословные, вероисповедные и национальные ограничения, предоставило амнистию по всем политическим и религиозным делам, в том числе осужденным за террористические акты, военные восстания и аграрные преступления. Были упразднены Отдельный корпус жандармов, охранное отделение, Департамент полиции и Главное управление по делам печати.

Однако наряду с этими, бесспорно, позитивными решениями Временное правительство допустило и массу ошибок. Одна из них состояла в том, что оно не сумело выдержать более или менее спокойный тон в отношении критики прежнего режима, чем в немалой степени способствовало радикализации общественного настроения.

4 марта кабинет министров принял решение об организации Чрезвычайной следственной комиссии под председательством московского присяжного поверенного Н.К.Муравьева для расследования противозаконных по должности действий бывших министров, главноуправляющих и других высших должностных лиц. В своем докладе Всероссийскому съезду Советов рабочих и солдатских депутатов он так объяснил задачи деятельности комиссии: “Наш материал, когда он будет опубликован всецело, быть может, покажет и перед вами, и перед всем миром, что нет возврата к прошлому” [1].

Члены Временного правительства во всех грехах обвиняли только царский режим. Так, Н.В.Некрасов на митинге 23 марта в Москве заявил: “В старом правительстве так тесно переплелись бездарность, глупость, трусость и измена, что неизвестно, где начинается одно и кончается другое” [2]. Утверждалось, что старая система управления основывалась на административных репрессиях, угнетении личности, подавлении его инициативы.

Энергично помогала Временному правительству в этом деле и пресса. В течение двух месяцев после падения монархии “демократическая печать” развернула гнусную кампанию по дискредитации бывшего императора и его супруги. “Фантастические и порой совершенно недостойные описания стали появляться в различных газетах, даже в тех, которые до последнего дня старого режима являлись “полуофициальным” голосом правительства и извлекали немалую выгоду из своей преданности короне” [3].

Председатель совета присяжных поверенных Петрограда Н.П.Карабчевский писал: “Поглядите хотя бы на нашу “буржуазную” (бесспорно, талантливую) печать после февральского переворота. Все, или почти все, превратились разом в демократических республиканцев, да таких ярых, непреклонных. Ни малейшего соображения о том, что в сознании народа нужное место царя означало вообще пустоту, из которой вполне естественно выскочил дьявол большевизма” [4].

Настало время расстаться с легендой о том, что Февраль - “золотой век” в истории России, “бескровная революция” и пр. Именно Февраль, как это ни прискорбно, привел страну к Октябрю. Чувства ненависти, мщения, злобы выплеснулись на улицы, подогреваемые большевистской пропагандой вседозволенности. Разъяренная толпа матросов буквально на клочки разорвала командующего Крондштатдской крепостью адмирала Вирена, убила нескольких офицеров и бросила сотни других в тюрьму, зверски избив их. Огромным бедствием для страны в те дни были аресты. Как отмечал в своих воспоминаниях В.Шульгин, “целый ряд членов Думы занят исключительно тем, чтобы освобождать арестованных... Еще слава богу, что дан лозунг : “Тащи в Думу - там разберут”... Дума обратилась в громадный участок... с той разницей, что раньше в участок таскали городовые, а теперь тащат городовых... Многих убили - “фараонов”... Большинство приволокли сюда, остальные прибежали сами, спасаясь, прослышав, что “Государственная дума не проливает крови”... “Арестованных масса” [5].

Весь период с марта по октябрь был отмечен активностью правительства по реорганизации государственного аппарата. Первая же акция на этом пути оказалась не совсем удачной. Речь идет о чистке учреждений от сторонников царского режима. Из Министерства внутренних дел были удалены все высшие чины, которые не соответствовали по своей прежней деятельности новым политическим условиям. 5 марта князь Г.Е.Львов отправил циркуляр на имя губернаторов : “Временное правительство признало необходимым временно устранить губернатора и вице-губернатора от исполнения обязанностей по этим должностям. Управление губерний возлагается на председателей земских управ в качестве губернских комиссаров Временного правительства... На председателей уездных земских управ возлагаются обязанности уездных комиссаров... Полиция подлежит переформированию в милицию” [6]. Характеризуя эти действия правительства, В.Д.Набоков в очень резкой форме отмечал: “В целом ряде губерний, где председателем управы являлось лицо, назначенное старым правительством, это распоряжение сводилось к лишенной всякого смысла и основания замене одних чиновников другими, далеко не лучшими... Председатель управы был нередко ставленником реакционного большинства” [7]. По мнению Набокова, надо было оставить на своих местах старых чин