Чем держалось единство России?

Кузьмин А. Г.

Свойственные кровнородственным общинам культ генеалогий и иерархичность по своему трансформируются в Империях, возникших на развалинах Римской — Франкской и Византийской. Иерархия в Империях как бы отрывается от кровнородственного начала, роды "знатные" и "незнатные" вместе с их генеалогиями выстраиваются в иерархию независимо от действительной этнической природы, а в "Священной Римской империи" латинский язык ("кухонная латынь") долго успешно конкурировал с германскими языками и мог победить, как он победил в самой Италии, Галлии и на других европейских территориях.

Естественно, что в границах Империй славяне в массе оставались внизу социальной лестницы. Но и на Дунае, и на Эльбе, и на Балтике они несколько столетий вели борьбу за самосохранение в этнокультурном, религиозном и хозяйственном планах. Балтийские славяне почти четыре века выдерживали натиск франков и саксов, а язык свой сохранят до конца XVIII столетия. Естественно и то, что вооруженная борьба побуждала усваивать что-то и из структурных организаций (скажем, постоянные боевые дружины) противника. Но у тех же балтийских славян неславянское начало всегда было значительно, поскольку в VI–IX веках славяне на Балтике поглотили достаточно многочисленные остатки иллиро-венетских и отчасти кельтских племен.

На территориях, остававшихся за пределами Империй, внешнее влияние сказывалось в гораздо меньшей степени и исконные традиции удерживались веками в почти неизменном виде. Наиболее наглядно это проявилось именно на территории Восточно-Европейской равнины. Здесь, конечно тоже происходили вооруженные столкновения с иноязычными племенами — прежде всего кочевыми, накатывавшимися периодически с востока. Но продвижение самих славян на восток шло путем ассимиляции соседей. Это касалось, прежде всего, балтских и угрофинских племен, но касалось и отдельных групп иранцев, рассеянных на обширных территориях от лесостепи до Причерноморья и Каспия. Так, Причерноморская Русь (Восточный Крым и Таманский полуостров) практически не имеют славянского населения как с точки зрения антропологии, так и археологии. А к середине Х века византийцы уже не отделяют этих русов от поднепровских, и они говорят теперь на одном — именно славянском — языке.

К IX веку в Восточной Европе складывается ряд крупных племенных образований славян, отличавшихся значительной внутренней устойчивостью и более или менее единообразной структурой управления, выстраивавшейся снизу вверх. Движение с запада на восток шло в основном по двум традиционным путям: с Балтики Волго-Балтийским путем, с Дуная — Дунайско-Днепровским. Два эти пути долго не пересекались, а денежные системы так и не слились вплоть до татаро-монгольского нашествия. Культура северного ареала была близкой одновременной с южного берега Балтики (это проявлялось, в частности, в характере жилищ и планировки поселений), на юге также долго удерживался особый тип жилищ, свойственный территориям бедными лесом.

Социальная дифференциация проникает, естественно, и в Восточную Европу и наиболее заметно она проявлялась в тех районах, где ассимилировались племена так или иначе сохранявшие кровнородственную общину. Как было сказано, к их числу относится и область племени полян, и многие пограничные территории. Тем не менее в большинстве княжеств-земель, и в городах, и в селах сохраняются похожие системы традиционного самоуправления. Можно отметить совершенно не свойственную в это время Западной Европе черту: мирный в целом характер сосуществования и внутри племен, и между племенами. Обычно удивляют и размеры этих земель-княжений: чем поддерживалось политическое и культурное единство? Явно не общими экономическими интересами (хотя какую-то роль и они играли). А культурные особенности часто нарочито подчеркивались (скажем, в типе височных подвесок).

На достаточно мирный характер общежития указывает и принципиально значимый факт: сельские поселения не укреплялись, и даже в городах в центре укреплялся "детинец", а посады, занимавшие куда большую территорию, оставались неукрепленными. Каменных же замков, которыми на Западе феодалы защищали себя от подданных, на Руси не будет и позднее. И даже внешняя угроза не всегда подталкивала к принятию мер предосторожности.

Некоторое представление о характере общежития внутри славянских племен, пожалуй, может дать зарубинецкая культура, существовавшая за тысячу лет до сложения здесь государства (II в. до н.э. — II в. н.э.). Культура возникала в условиях, когда степь заполнили сарматы, и славяне оттеснялись на север. И вот по южным границам культуры (довольно точно ее обрамляя) создаются протянувшиеся на сотни километров защитные цепи валов ("Змиевы" или "Трояновы" валы), которые позднее будут защищать и от половецкой конницы. На территории же самой зарубинецкой культуры укрепленных поселений практически нет. И конечно, требовалась структура, которая смогла бы объединить равных по своему положению людей для свершения столь многотрудного дела. (Пала же культура под ударами с противоположной стороны — с северо-запада, где никаких укреплений не было).

Трудно сказать, как бы шло далее развитие славянских племен, если бы в IX веке по Волго-Балтийскому пути сначала на восток, а затем и на юг не устремились варяги и русы. Варяги — это в узком смысле племя варинов, а в широком — балтийские славяне, и позднее также скандинавы. "От рода варяжска" вел