Лекция по История

В марте 1985 г. после смерти престарелого и немощного К. У. ЧерненкоСоветский Союз после закулисной борьбы с рядом серьезных оппонентов (В. Гришин (Московский ГК КПСС) и Г. Романов (Ленинградский ГК КПСС) при поддержке ряда видных членов Политбюро (прежде всего А. А. Громыко) возглавил Михаил Сергеевич Горбачев . Выдвиженец Андропова, Горбачев осознавал необходимость радикальных преобразований советского общества, видел тупиковость политики стагнации, однако, судя по всему, не имел ни четкого плана реформ, ни реального представления о масштабах стоящих перед страной проблем. Главной проблемой затевавшейся Горбачевым «перестройки» было то, что вся она была результатом постоянных (и не всегда удачных) импровизация своего создателя. Горбачев надеялся провести свою реформаторскую линию в условиях максимального консенсуса и советского общества, и его политической элиты . Фактически, он всегда плыл по течению, действуя в каждый момент лишь так, как диктовала сиюминутная ситуация. Это и привело политику «перестройки», задуманную как обновление социализма, к краху.

Начало переменам было положено на апрельском (1985 г.) пленуме ЦК КПСС , на котором было впервые произнесено слово «перестройка», суть которой по словам Горбачева «… состоит в том, что она соединяет социализм и демократию, теоретически и практически полностью восстанавливает ленинскую концепцию социалистического строительства» и признано, что в предыдущий «застойный» период допускались значительные ошибки, приведшие к замедлению экономического развития страны. Таким образом, согласно первоначальному замыслу престройка предполагала лишь реформы в рамках сложившейся системы. Лозунгом 1985 г. становится «Больше социализма!», говорится о необходимости «полнее раскрыть потенциал социализма».
Не имея четкого плана реформ, Горбачев начал с реализации ряда мероприятий вполне в духе своего покойного патрона Андропова. Первым из них становится т. н. «антиалкогольная кампания » (май 1985 г.), нацеленная на искоренение алкоголизма сугубо административными методами. Предполагалось ежегодно сокращать производство водки на 10 %, так, чтобы через 5 лет уменьшить его вдвое. И без того масштабная задача была выполнена благодаря ретивости партийных органов уже в 1986 г. Под горячую руку попали и другие напитки (вино, коньяк, шампанское). В Крыму, Грузии, Армении и других винодельческих регионах варварски уничтожались плантации винограда, культивировавшиеся десятилетиями. Горячо разрекламированная властями кампания борьбы с «зеленым змием» закончилась полным провалом . Во-первых , доходы от водки играли весьма заметную роль в наполнении бюджета, и резкое уменьшение потока «водочных» денег немедленно ощутила на себе экономика, которой было приказано стремительно расти. Во-вторых , расцвело самогоноварение, приведшее к исчезновению с прилавков сахарного песка и дрожжей, и потребление различного рода суррогатов. Наконец, в-третьих , грубый диктат властей привел к росту недовольства не только в среде закоренелых алкоголиков, но и широких масс населения. Уже в 1987 г. об этой кампании и ее итогах предпочитали не вспоминать. Источник

Традиционной бедой советской экономики было невысокое качество выпускаемой продукции. Объяснялось это прежде всего незаинтересованностью производителей в отсутствие конкуренции. С этой напастью решено было бороться также исключительно административными мерами, за счет внедрения т. н. госприемки (независимый контроль качества по образцу, уже давно применявшемуся на военных заводах). Эта кампания имела очень бойкое начало, однако также закончилась плачевно — вскоре стало ясно, что некоторые заводы просто не в состоянии выпускать продукцию, полностью отвечающую требованиям ГОСТ. Чтобы не допустить их закрытия, госприемку на них пришлось фактически свернуть, а затем она отмерла и на остальных заводах, где к ней относились враждебно все, начиная с директора и кончая рабочими.

Наконец, последним мероприятием в «андроповском вкусе» стала кампания борьбы с «нетрудовыми доходами» . Развернутая под предлогом необходимости ликвидации т. н. «теневой экономики» (еще с брежневских лет в стране существовали своего рода подпольные «рассеянные мануфактуры» по производству ширпотреба), она ударила главным образом по рядовым гражданам, которые так или иначе занимались частной практикой (давали уроки, ремонтировали автомобили, квартиры, продавали продукцию своих приусадебных участков). Стоит ли говорить, что никаких существенных плодов она не принесла.

Главным экономико-идеологическим нововведением лета 1985 г. стало т. н. «ускорение» (июнь), охватывавшее все сферы жизни общества (в этом смысле «ускорение» — альтернатива и, по сути дела, предшественник «перестройки»; до тех пор, пока Горбачев считал возможными реформы в рамках сложившейся системы, он предпочитал говорить об «ускорении», как только понял необходимость реформы самой системы — речь пошла о «перестройке»). Горбачев настаивал, что предлагаемая им программа обновления только укрепляет преемственность с прежним курсом: «В ленинском понимании преемственность означает непременное движение вперед, выявление и разрешение новых проблем, устранение всего того, что препятствует развитию».

Параллельно с этими нововведениями Горбачев занимался укреплением своих позиций в руководстве КПСС. В 1985—1986 гг. произошла грандиозная волна перетрясо