Литва до образования Великого Княжества Литовского

Необходимым условием образования Литовского государства было появление сильного противника, представляющего угрозу существованию Литвы. Предпосылки к этому появились в эпохе викингов. Скандинавские набеги, начавшиеся во II половине VIII в., вскоре коснулись земель балтов и восточных славян. Постоянные их нападения в первой половине IX в. втянули восточнославянские и некоторые финские земли в сферу влияния скандинавов. В середине IX в. в землях новгородских словен и соседних финнов утвердился конунг Рюрик. Его владения, по данным Нестора, охватывали Изборск (недалеко от Пскова), Белоозеро, где он поселил свой род (sine hus) и «верную дружину» (thru waring), а также Полоцк, Ростов и Муром. В центрах этих зависимых земель Рюрик посадил своих наместников. Следовательно, если эти легендарные данные верны, сфера влияния Рюрика охватывала и Полоцкую землю, граничащую с Литвой.

После смерти Рюрика, в результате объединения около 882 г. новгородским князем (или регентом) Олегом нескольких ранних государственных объединений между Новгородом и Киевом, образовалось мощное восточнославянское государство – Киевская Русь. Угрозу со стороны Киевской Руси Литва ощутила не сразу, но уже в X в. имеются данные об экспансии русинов в этом направлении. Уже в 945 г. между послами Руси в Византии упомянут Ятьвягъ Гунаревъ – ятвяг на русской службе.

Большего размаха эта экспансия достигла во II половине X в., во времена великого киевского князя Владимира I (978–1015). Еще перед тем, как стать великим князем, около 970 г., он победил полоцкого князя варяга Рогволода и силой взял себе в жены его дочь Рогнеду, однако не мог с ней сжиться. Поэтому в конце X в. ее сына Изяслава Владимир назначил полоцким князем, а вместе с ним выслал и Рогнеду. Примерно в то же время (по археологическим данным) был построен Минск над рекой Меной, а недалеко от него своему сыну и жене Владимир построил и Изяславльский замок. Это были опорные пункты русинов в борьбе с Литвой. По мнению Ежи Охманьского, заложение Изяславльского замка было «первым ярким знаком русской политической экспансии» и «должно было быть связано с вооруженным походом против Литвы».

В этом отношении интересна гипотеза Казимераса Буги, что литовское слово valdymieras «властелин, хозяин дома» происходит от имени великого князя Владимира I и попало в литовский язык еще в его времена. Это тоже указывало бы на то, что литовцы могли столкнуться с Владимиром. Может быть тогда и начала формироваться власть нового типа, похожая на ту, которую имел Владимир, поэтому и ее получившие или на ее притязающие вожди стали называться «владимирами» (вальдимерами).

Хотя прямые данные о походе Владимира на Литву отсутствуют, его деятельность в этом регионе была действительно активной. Кроме уже упомянутого брака с полоцкой княжной и заложения Изяславля, известен большой поход Владимира на ятвягов 983 г. Нестор пишет: «Шел Владимир на ятвягов, их победил и взял землю их. И вернулся в Киев, и со своими людьми приносил жертву богам. И сказали старцы и бояре: давайте бросим жребий на отрока и девицу – на кого падет, того и пожертвуем богам». Без этого похода, конечно, могли происходить и более мелкие походы русинов, которые остались не зафиксированными летописцем. Участие великого князя, взятие Ятвяжской земли и приношение в жертву людей говорит о том, что это был не очередной поход. Правда, надо оговориться, что приношение в жертву людей могло быть и искусственно связано летописцем с походом 983 г. Известие о жертвоприношении видимо принадлежало выделяемому в летописном тексте «Сказанию о распространении христианства на Руси», а известие о походе 983 г. могло быть взято из пасхальных таблиц.

Со времен Владимира I в течении всего XI в. Литва ощущала постоянное давление Руси, которое в меньшей мере могло проявиться и в I половине X в. Но мы бы ошибались, предполагая, что взаимоотношения Литвы и Руси ограничивались лишь военными конфликтами. Взаимные связи, ставшие более интенсивными, должны были создать условия и для цивилизационного влияния Руси, тем более, что между обеими странами завязалась политическая связь – выплата дани. Литва в то время уже достаточно продвинулась в своем развитии, чтобы смогла удачно догонять в культурном отношении опередившую ее Русь. Именно это и создало предпосылки образованию Литовского государства.

До XII в. в литовский язык уже проникло не мало заимствований из древнерусского языка, которые отражают тесные культурные взаимоотношения. Однако определенный этими связями прогресс материальной культуры во II половине X в. – XI в. лучше всего раскрывают археологические данные. А. Таутавичюс, обобщив эти данные, сделал вывод, что XI–XII вв. уже «можно называть периодом раннего феодализма». И действительно перемены коснулись всех сторон жизни. Эти перемены, следуя А. Таутавичюсу, можно разделить на 4 группы.

1. Изменения в сельском хозяйстве: а) усовершенствованные серпы (с X в.); б) вращаемые жернова (с XI в.); в) амбары в замках (с XI–XII вв.); г) двузубовая соха (с XII в.); д) главными хлебами становится озимая рожь (с XI в.).

2. Рост уровня ремесел: а) технологическое усовершенствование кузнечного дела (с X–XI вв.); б) гончарный круг и превращение гончарства в ремесло (с конца X в. – XI в.); в) усовершенствованные орудия обработки дерева: широколезвийный топор, сверло, токарный станок (с X–XI вв.).

3. Интенсификация торговли: а) складные весы, гирьки и денежные серебренные слитки (с конца