Русская правда

ВВЕДЕНИЕ

Литература, посвященная Русской Правде, насчитывает более чем 200-летнюю историю. В 1738 г. В. Н. Татищев нашел список Новгородской летописи, в которую оказался внесенным текст Краткой Правды – одной из редакций Русской Правды. В 1767 г. А. Л. Шлецер напечатал ее под заглавием: «Правда Русская, данная в одиннадцатом веке от великих князей Ярослава Владимировича и сына его Изяслава Ярославича». С этого времени не прекращается интерес историков к этому замечательному памятнику по истории древней Руси. В. Н. Татищев знал только краткую редакцию памятника. Но уже в том же XVIII в. была опубликована и его более полный вариант - Пространная Правда. Так, большое значение в своем фундамен-тальном историческом труде – «История государства Российского» - придавал Русской Правде Н.М. Карамзин. Рассмотрению этого документа посвящена у него отдельная глава.

Значение Русской Правды как исторического источника по генезису феодализма в древней Руси огромно. Так, закабаление смердов фактически может быть изучено только посредством только этого юридического документа, так как летописи и другие источники говорят о смердах и их положении крайне мало и отрывочно. Русская Правда дает, например, материалы и по изучению товарного производства, имевшего место в данное время. Наконец, словарный фонд этого документа «является исключительно ценным источником по изучению разговорного языка Древней Руси» [5, c. 9].

Данная работа представляет собой попытку краткого рассмотрения основных особенностей основного правового акта древней Руси – Русской Правды. Текст последней цитируется по работе [1]. Качественный анализ Русской Правды производится как в учебных изданиях ([2], [3]), так и в узких специализированных трудах ([4], [5], [6]).

РУССКАЯ ПРАВДА КАК ПАМЯТНИК ПРАВА

Древнейшая редакция Русской Правды сохранилась всего в двух списках (Академический — в списке конца XV в. Новгородской I летописи Академии наук и Археографический — рукопись Новгородской I летописи Археографической комиссии половины XV в.). Эти списки дают подряд два памятника, которые учеными различаются как I и II редакции Русской Правды. Первая (17 ст. - 25 ст.) носит печать наибольшей древности. ²Краткую редак­цию² можно признать первым опытом кодификационного воспроизведения юридического порядка, уста­новившегося при Ярославе и его сыновьях. Первая ее половина — древнейшая Русская Правда составлена в пер­вой половине XI в., во времена Ярослава. Некоторые исследователи считают ее еще более древней, доярославовой, на том основании, что в ней нет смертной казни, которая, судя по III редакции ст. 4 и 88, была в ходу при Ярославе, но отменена его сыновьями.

Русская Правда - сложная компиляция, напоминающая своими судьбами в старой письменности наши летописные своды. Это необходимо иметь в виду при изучении права Русской Правды. Изучая его, мы стоим не перед законченной системой, а перед рядом наслоений, разновременных и разнохарактерных.

В.О. Ключевский из своей компилятивного характе­ра Русской Правды делает существенный вывод, предостерегая от стремления видеть во всех статьях Русской Правды согласованное содержание. Так, он указывает, что содержание некоторых статей не может быть примирено без пред­положения, что они разновременные и что Русская Правда - «сводная кодификация, старающаяся собрать в одно целое вся­кие нормы, какие она находила в своих источниках». При­меры приводятся такие:

Статья 57 III редакции: «Аже будуть холопи татие . . . ихъ же князь продажею не казнить, зане суть не свободни, то двоиче платить ко истьцю за обиду».

Статья 83: «Аже холопъ обельный выведеть конь чии любо, то платити зань 2 гривны», т. е. столько же, сколько и со сво­бодного по статье 55.

Статья 154: «Аже холопъ крадеть кого любо, то господину выкупити и любо выдати и съ кимь будуть кралъ . . . паки ли выкупает господинъ (и соучастников)».

Или статьи 25 и 27: «Аже кто ударить мечемь не вынезъ его или рукоятию, то 12 гривенъ продажи за обиду», «Аже кто кого ударить батогомь, любо чашею, любо рогомь, любо тылъснию, то 12 гривенъ».

Статья 36: «Аче попъхнеть мужь мужа . . . любо по лицю ударить. . . то 3 гривны продажи».

Русскую Правду можно определить как кодекс частного права – все ее субъекты являются физическими лицами, понятия юридического лица закон еще не знает. С этим связаны некоторые особенности кодификации. Среди видов преступлений, предусмотренных Русской Правдой, нет преступлений против государства. Кодекс строился по казуальной системе, законодатель стремился предусмотреть все жизненные ситуации.

Субъектами преступления были все физические лица, включая рабов. О возрастном цензе для субъектов преступле­ния закон ничего не говорил. Субъективная сторона преступ­ления включала умысел или неосторожность. Четкого разгра­ничения мотивов преступления и понятия виновности еще не существовало, но они уже намечались в законе. Ст.6 упо­минает случай убийства «на пиру явлено», а ст.7 - убийст­во «на разбое без всякой свалы». В первом случае подразуме­вается неумышленное, открыто совершенное убийство (а «на пиру» - значит еще и в состоянии опьянения). Во втором слу­чае - разбойное, корыстное, предумышленное убийство (хо­тя на практике умышленно можно убить и на пиру, а неумыш­ленно - в разбое).

Тяжелым преступление против личности было нанесение увечий (усечение руки, ноги) и других телесных повреждений. От них следует отличать о