Опыты экономического районирования Российской империи XVIII — начала XX вв.

Н.Ф. Тагирова

История экономического районирования имеет глубокие корни. Начиная с XIII в. Российская империя постоянно расширялась. Это диктовало необходимость поисков эффективного управления государством, многочисленными народами его населявшими. Результат во многом зависел от наличия объективного и точного знания о подвластных землях. Научное знание пространства давало власть над ним1.

Долгое время территориальное управление империей базировалось на губернских основаниях. По мере роста и усложнения хозяйственных взаимоотношений между разными частями страны подобная практика оказывалась недостаточной. Научные изыскания, выявлявшие более крупные, чем губерния, и более обоснованные, чем административная сетка, формирования углубляли представление об империи, давали власти возможность искать способы рационального хозяйствования и управления ею.

Цель данной статьи — проследить эволюцию российской научной мысли XVIII — начала XX вв. по проблемам экономического районирования. Известно до 25 вариантов районирования империи XIX — начала XX вв.

Первые научные эксперименты по обозначению районов империи были сделаны еще в XVIII в. в Связи с изучением присоединяемых и постепенно осваиваемых пространств. И.К.Кирилов, В.Н.Татищев стояли у истоков российской географической науки. Географические изыскания и картографические описания правительственных экспедиций, возглавляемых ими, определяли варианты строительства оборонительных укреплений и торговых путей2, постепенно формировали «базу данных» о почвенных, климатических, этнографических различиях империи. Именно эти данные и были положены в основу первых опытов по обозначению районов Российской империи. Это было выделение полос по признаку сходного климата. Границы полос фиксировали градусы широты3.

Во второй половине XVIII в. по указанию Екатерины II (1763) Императорская Академия наук трудилась над созданием «Карты продуктов российских»4. Работа требовала анализа хозяйственной стороны жизни империи. Комиссия во главе с М.В. Ломоносовым впервые отметила неодинаковое географическое и торговое значение различных частей страны. Ядром российской государственности назывался район междуречья Верхней Волги и Оки5, а географическая карта Х.А.Чеботарева впервые группировала губернии не по климатическому критерию, а в зависимости от места по отношению к Московской губернии, как «середины России»6. Таких районов было выделено четыре — северные губернии, восточные, южные и западные.

Суждения о территориальном разнообразии империи были высказаны И.И.Завалишиным, С.И.Плещеевым, Ё.Ф.Зябловским7, А.Н.Радищевым8.

Районы XVIII в. охватывали только Европейскую Россию: окраинные территории практически оставались не известными. Основным критерием разделения было обозначение климатических полос, либо, что гораздо реже, — положения по отношению к центру России — Московской губернии (М.В.Ломоносов, Х.А.Чеботарев). Научное районирование XVIII в. не совпадало с административным делением империи, каждое из которых базировалосъ на разных принципах: губернское — по демографическим показателям и «удобству управления», районы — Преимущественно по климатическому.

С начала XIX в. в районировании власть начинает видеть практическую пользу. В 1801 г. пространство империи было разделено на 12 (чуть позже на 14) военных инспекций, Почтовый департамент Министерства внутренних выделил почтовые, позже почтовО-телеграфные округа (в 1890-е гг. их было 35). Территориальную конфигурацию округов определяли стратегические соображения. В середине XIX в. в империи действовали 12 судебных, 15 учебных, 9 водных округов. Практика порайонного (территориального) управления империей становилась реальностью. Центры территориальных округов различных ведомств располагались в разных городах страны. Только Петербург, Москва, Казань и Варшава оказывались «столицами» одновременно военного, учебного, судебного и транспортного округов.

Потребности государственного управления огромной империей привели к тому, что почти каждое ведомство выступало инициатором создания статистических и картографических материалов. К этой работе привлекались Императорское Русское географическое общество (ИРГО) и Императорское Вольное экономическое общество (ИВЭО). Обследование географии, хозяйственной, историко-культурной жизни в губерниях имело итогом многотомные публикации «Военно-статистического обозрения Российской империи» и «Материалов для географии и статистики, собранные офицерами Генерального штаба». С 1840-х гг. в России утвердилась практика издания карт и атласов империи: в 1839 г, вышел в свет «Атлас к материалам для статистики Российской империи», в 1842 г. — подготовленная по поручению Министерства финансов «Карта промышленности Европейской России с показанием фабрик, заводов и промыслов, административных мест по мануфактурной части, главнейших ярмарок, водяных и сухопутных сообщений, портов, маяков, таможен, главнейших пристаней, карантинов»9. Собственные картографические работы проводили Министерство внутренних дел, Департамент сельского хозяйства, Министерство государственных имуществ10.

В 1847 г. получил известность вариант деления империи Министерства внутренних дел. Европейская Россия в нем состояла из 12 пространств, в зависимости от климатических признаков, «особенностей населения, племенных различий, образа жизни, нравов, рода занятий»11. Сетка районов имела географические названия. Не имели обозначения («не губернии и не области») земли