Фашизм в Италии

По материалам лекций по истории западной цивилизации XX века Б. М. Меерсона и Д. В. Прокудина

1. Само слово "фашизм" традиционно ассоциируется с Германией 1933 - 1945 годов. Это связано с типично советской точкой зрения, которая видит в режимах Гитлера и Муссолини единую силу, являющуюся реакцией крупной буржуазии на победное шествие коммунистической идеологии. В режимах Гитлера и Муссолини действительно есть много общего. Впрочем, в 1935 году, когда VII конгресс Коминтерна сформулировал этот тезис, между этими режимами было меньше общего, чем между советским и германским режимами, что, кстати, признавал и Гитлер.

С другой стороны, итальянский фашизм стал первым опытом власти "партии нового типа" некоммунистической направленности, и в этом смысле действительно явился предшественником нацизма.

Поэтому фашизм в строгом смысле слова есть прежде всего явление итальянское. Слово имеет латинское происхождение: fascii - плотно связанные пучки прутьев со вставленными в них топориками, которые носили телохранители римских должностных лиц - ликторы. Первоначально ликторы выполняли полицейские функции - фасции использовались для разгона толпы, позже это стало традицией - ликторы с фасциями стали символом власти и могущества Рима.

Использование этого латинского слова характерно для Италии вообще и для Муссолини в частности. Долгое время после падения Империи на Западе (476 г по РХ) римские государственные традиции сохранялись в Европе и особенно - в Италии, где папский Рим считал себя прямым преемником Рима имперского. Именно поэтому в течение многих столетий Италия, даже лишенная государственного единства, оставалась одним из центров европейской политической жизни. Лишь к XVIII веку Италия сходит с авансцены политической истории, хотя остается одним из центров культурной жизни Европы. Италия становится европейскими задворками и объектом территориальных захватов со стороны Франции и Австрии. Сначала революционная Франция, главным представителем которой в Италии был "генерал Буонапарте", направо и налево учиняет в Италии дочерние республики с неудобопроизносимыми "античными" названиями (Цизальпинская, Партенопейская и т.д.), затем тот же генерал, повысивший себя в чине до императора Наполеона на месте тех же республик создает королевства, а после поражения его Австрия надолго захватывает почти всю Северную Италию (Ломбардию и Венецию), остальные же области Апеннин остаются раздробленными и фактически зависимыми от тех же Австрии и Франции. Лишь во второй половине XIX века блистательному политику единственной независимой области Севера - королевства Пьемонт - маркизу Камилло Бендзо Кавуру удалось на волне неизбежного национализма, рожденного промышленной революцией усиленного чувством национального унижения итальянцев, путем сложной дипломатии и войн объединить Италию в единое государство под властью пьемонтской королевской династии (60 - 70 годы XIX века - период Рисорджименто).

2.Отметим, что страны, где вторая фаза модернизации началась сравнительно поздно, ближе к концу XIX века, и создание индустриального общества носило взрывной характер, смыкаясь по времени с электрической революцией, естественно, будучи лишены механизмов защиты от опасностей массовизации, в гораздо большей степени ей подвержены. В Англии и Америке, например, ряд обстоятельств их исторической судьбы уменьшал опасные последствия образования массового общества. Устойчивая индивидуалистическая традиция, в которой человек ценен сам по себе, а не как член коллектива-общины (для появления такой традиции с момента возникновения индустриального общества должно было пройти некоторое время, в странах с поздней индустриализацией - Россия, Германия и Италия - эти традиции возникнуть не успели). Рано появившаяся капиталистическая промышленность служила основанием этого индивидуализма. Предпринимательская и трудовая этика обеспечивала нормальное функционирование капиталистических отношений в экономике (элементарное доверие бизнесменов друг к другу). Непрерывная демократическая традиция существовала в Англии с 1688, а в Америке с 178 годов без серьезных потрясений, что в том числе обеспечивало уважение населения к закону и легитимное основание власти. Большая часть населения в этих странах жила в новых индустриальных городах, весь быт и социальные отношения которых ориентированы на нужды и потребности индустриального общества, причем эта урбанизация была довольно длительной по времени и эволюционной.

В таких же странах как Россия, Германия, Италия (Франция в силу особенностей своей истории XIX века занимает промежуточное положение) индустриализация носила взрывной характер и по времени практически совпала с электрической революцией. Взрывной характер индустриализации заключался в горячечных темпах промышленного роста в конце XIX - начале XX века, в распространении принципов либерализма на общество по своим представлениям во многом еще традиционное, где эти принципы с трудом приживались, в форсированной урбанизации. Все это вело к созданию благоприятной почвы для бурного развития массовой ментальности.

В частности, в Италии мы можем проследить даже после Первой мировой войны множество рецидивов аграрного общества.

Во-первых, индустриализация, начавшаяся сравнительно поздно, затронула в основном Север. Юг Италии и по сию пору остается вполне аграрным. Да и на Севере сельское хозяйство, причем помещичье, продолжало играть существенную роль в э