Ревизионистские концепции в армянской историографии

План
Введение
1 Приемы ревизионизма
2 Армянский миф о Кавказской Албании
3 Обвинения в фальсификации истории Армении в адрес западных историков
4 Обвинения в националистическом подходе к исторической науке со стороны западных коллег
5 Отношение современного армянского государства к ревизионистским концепциям истории Армении
6 Борьба научного сообщества Армении против ревизионистских концепций
Список литературы

Введение

Ревизионистские концепции в армянской историографии[1] — по мнению ряда авторов, исторические построения, призванные доказать, что армяне являлись исконным населением востока Малой Азии и Закавказья, используемые в качестве обоснования в территориальных спорах с соседними государствами. Известна критика ревизионистских концепций истории Армении со стороны ряда зарубежных[2][3] и армянских[4] специалистов.

1. Приемы ревизионизма

По мнению ряда авторов, некоторым представителям армянской историографии, прежде всего дилетантам и находящимся в меньшинстве историкам[5], свойственны следующие приемы:

· древние государства Урарту, Хайаса и другие объявляются «колыбелью армянского народа» (см. Концепции армянской принадлежности урартов). Вопреки общепринятной в современной науке концепции об этногенезе армян, согласно которой протоармянские племена были фрако-фригийской ветвью индо-европейских племен, мигрировавшими в Малую Азию и смешавшимися там с местным населением, ревизионисты утверждают, что армяне были аборигенным населением региона, а Урарту и Хайаса — этнически армянскими государствами.[6]

· Армяне объявляются исконным населением левобережья Куры, хотя согласно общепринятой точке зрения эти регионы были завоеваны армянским царем Арташесом только во втором веке до н.э., и до этого население региона состояло из различных народов в основном кавказского происхождения.[7][8]

· расхожим местом в работах армянских историков стало утверждение о том, что в царстве Арташесидов обитали одни лишь армяне. Это мнение основывается на утверждении Страбона (рубеж н. э.), который, перечислив области Армении и завоевания армянских царей, резюмирует:

Поэтому все эти народности теперь говорят на одном языке[9]

В то же время, по мнению Шнирельмана:

«вопрос о том, насколько достоверно это сообщение Страбона, даже не ставится. А ведь Страбон не проводил никаких широких лингвистических исследований в Армении, да и трудно было бы ожидать этого от античного автора. Зато хорошо известно, что в те времена в городах Передней Азии всегда встречались, например, кварталы сирийцев и евреев, и нет оснований полагать, что в Армении это было не так. Да и как бы иначе арамейская письменность могла проникнуть в ту эпоху в Закавказье? Историкам также хорошо известно, что в древности язык бюрократии и письменности иной раз существенно отличался от языка основной массы местного населения. Например, в Древневавилонском царстве, где господствовал аккадский (семитский) язык, сохранялась шумерская клинопись и бюрократия продолжала культивировать шумерский язык; в эллинистических государствах Передней Азии самым популярным письменным языком был греческий, хотя и местное население, и знать принадлежали к совершенно иным культурным традициям; в тот же период арамейский язык служил lingua franca в иранском мире и зоне иранского влияния; аналогичная картина встречалась в средневековой Европе, где господствовала латынь. И совсем уж недавно, на рубеже XVIII—XIX вв., русская аристократия предпочитала говорить на французском языке и пользоваться французской письменностью. Все такие примеры поднимают кардинальную проблему, давно ставящую в тупик профессиональных историков. Действительно, если речь идет о малоизученном древнем государстве, от которого до нас дошли лишь весьма немногочисленные письменные документы, можно ли по ним судить о языке основной массы местного населения или же речь идет лишь о языке, который отличался от общепринятого и обслуживал узкий круг бюрократии? Историки могут давать разные ответы на этот вопрос, но ответ патриотически настроенного историка хорошо предсказуем: если язык письменных документов соответствует языку его этнической группы, то он охотно припишет его основной массе населения; если же такого соответствия не обнаружится, то он отождествит этот язык с узким кругом иноземной бюрократии и противопоставит его языку местных обитателей. Мало того, не исключено, что во втором случае он не избежит соблазна изобразить героическую борьбу местных жителей с „иноземными поработителями“.

· геолог Сурен Айвазян, являясь объектом критики международных, армянских, и азербайджанских историков[10], приписывает армянам основание городов Киева, Тбилиси, и т.д.[11].

2. Армянский миф о Кавказской Албании

Согласно В. А. Шнирельману, для обоснования в территорииальных спорах с Азербайджаном армянские ученые создали свой миф о Кавказской Албании. Он отмечает, что:

начиная со второй половины 1960-х гг. армянские ученые и писатели последовательно создавали свой миф, отрицавший какие-либо связи между албанами, с одной стороны, и армянами и азербайджанцами, с другой (об этом см. Hewsen, 1982. Р. 28-30; Новосельцев, 1991. С. 198—199). В то же время этот миф навязывал армянам Куро-Аракского междуречья и соседних районов Азербайджана мнение, согласно которому им было оскорбительно