Георгиевский трактат

План
Введение
1 Предыстория
1.1 Иранская война 1722 года
1.2 Турецкая война 1768—1774

2 Заключение договора
3 Трактат в 1783—1787
3.1 Версия № 1
3.2 Версия № 2

4 Манифест Павла I
5 Вопрос о присоединении при Александре I
5.1 Мнение Государственного Совета
5.2 Доклад Воронцова и Кочубея
5.3 Миссия Кнорринга
5.4 Окончательное решение
5.5 Последствия

Список литературы
Георгиевский трактат

Введение

Гео́ргиевский трактат (груз. გეორგიევსკის ტრაქტატი) 1783 года — договор о покровительстве и верховной власти Российской империи с объединённым грузинским царством Картли-Кахети (иначе Картлийско-Кахетинским царством, Восточная Грузия) о переходе Грузии под протекторат России. Заключён 24 июля (4 августа) 1783 года в крепости Георгиевск (Северный Кавказ).

1. Предыстория

После падения Константинополя в 1453 году Грузия оказалась отрезана от всего христианского мира, а несколько позже фактически поделена между Турцией и Ираном, и выживала, лавируя между этими двумя государствами. Ей удавалось добиваться приемлемого, а иногда даже привилегированного положения в составе этих государств, но религиозный барьер был неодолимым препятствием для окончательной интеграции. В это время постепенно сформировалась надежда на помощь России. Первые попытки сближения имели место ещё в XVII веке, но без серьёзных последствий. Тем не менее, с 1586 года московские цари титуловались «государем Иверской земли и грузинских царей». Первая реальная попытка долговременного союза с Россией произошла в эпоху Петра I.

1.1. Иранская война 1722 года

В 1720 году астраханским губернатором был назначен А. Волынский. Ему было поручено склонить грузинского царя Вахтанга на сторону России. Персия переживала период кризиса и Петр готовил свой персидский поход. Уже в 1721 году начались переговоры о совместных действиях. Для России грузинская армия была лишь вспомогательной силой, но, видимо, Волынский обещал Вахтангу очень много, едва ли не постоянный союз и покровительство, которого в Грузии так желали. Под впечатлением этих обещаний Вахтанг решается разорвать отношения с Персией.

8 марта 1722 года персы были разгромлены афганцами при Гульнабаде, (Погиб брат Вахтанга, командовавший шахской гвардией) началась осада Исфахана. Шах просил Вахтанга о помощи. Одновременно с гонцами от шаха к Вахтангу прибыли послы от Петра I. Вахтанг отказал шаху и в сентябре грузинская армия выступила на соединение с российской армией.

Вахтанг искренне доверял Петру I и ни с кем другим устанавливать связи не хотел. Перед началом совместной с Россией войны против Персии Вахтанг созвал совет (дарбази), где должен был решиться вопрос, принять участие в войне против Персии или нет. Большинство членов дарбази выступило против, опасаясь, что страна окажется в еще более тяжелом положении. Вахтанг не разделил мнения большинства. В августе, с 40-тысячной армией, он стоял у Гянджи и ждал Петра I.[1]

Но произошло то, чего в Грузии никак не ожидали — Петр отменил поход.

Последствия оказались трагическими. Шах объявил Вахтанга вне закона, лезгинская армия разорила Тбилиси. Воспользовавшись этим, турецкая армия заняла Картли и Кахети. Турецкая оккупация продлилась до 1734 года.

12 июня 1724 года Россия заключила с Турцией трактат о границах. В этом документе Петр фактически признал занятие Грузии турками. "Турция получала во владение Картли (Тифлис), Эриванское ханство, азербайджанские земли (Шемаха, Тебриз) и северо-иранские земли (Казвин)."[2]

1.2. Турецкая война 1768—1774

В 20-е годы духовные лица и целые сословия посылали российскому правительству просьбу о помощи, но без последствий. Одно время возникла идея переселить грузин на Северный Кавказ (на Терек), но это предложение принято не было. В Грузии не могли понять прагматичной политики России, и, несмотря ни на что, верили в её помощь. Даже возникла легенда, что Петр указал в завещании: «Грузия несчастна, защищайте ее ради веры, пошлите ей войско…», но интриги придворных помешали исполниться его воле.[3]

Ситуация изменилась, когда приблизилась русско-турецкая война. На одном из заседаний Совета было решено поднять против Турции все христианское население Балкан, Греции и Грузии. Коллегия иностранных дел составила «рассуждение о способах, какими грузины преклонены быть могут к восприятию участия в настоящей с Портою Оттоманской войне». Так началась вторая попытка сближения, которая не удалась, но стала первым шагом к Георгиевскому трактату. Отправляя в Грузию экспедиционный корпус Тотлебена, Панин разъяснял генералу суть предстоящей войны: «была бы душа здешняя, а тело грузинское»[3]. Проект совместного похода с самого начала был обречен на неудачу: невозможно было скоординировать действия регулярной российской и иррегулярной грузинской армии. Несмотря на ряд побед, Екатерина II, в целом, была недовольна результатами. В Грузии надеялись, что о ней хотя бы упомянут при мирных переговорах с Турцией — тогда это называлось «внести в трактат». Но не было сделано и этого. Заключенный 20 июля 1774 года Кучук Кайнарджийский трактат ни словом ни упоминал о Кахетинском и Картлийском царстве. (Под словами «Гр