Искусство управления в Древнем Китае

1.Введение

Любая наука базируется на использовании исторического опыта. Изучение уроков истории позволяет избежать противоречий и ошибок, встречающихся на ранних этапах развития науки.

Наука управления в этом отношении мало отличается от других наук. Как и любая наука, она интересуется прошлым, настоящим и будущим. Анализ прошлого позволяет лучше понять настоящее, чтобы спрогнозировать будущее развитие. Знание истории прошлого необходимо по следующим основным причинам:

- всегда интересно и нужно;

- позволяет восполнить недостаток собственных мыслей и объем своих знаний;

- дает возможность проанализировать основные вехи эволюционного развития науки и систематизировать их;

- позволяет извлечь соответствующие уроки из прошлого с тем, чтобы не повторять ошибок в будущем.

Знание и осмысление прошлого способствует лучшему пониманию современного состояния науки, а также появлению и формированию новых идей. Развитие науки управления свидетельствует, что нежизненные концепции гибли, а оставались только самые ценные, проверенные практикой и временем.

Как показывает предшествующий опыт развития многих стран мира, обращение к истории часто происходило в критические, судьбоносные периоды жизни общества, в периоды поиска путей выхода из сложившейся кризисной ситуации.

2.Зарождение управленческих идей

Концептуальное обеспечение управления в Древнем Китае представляет собой совокупность представлений, взглядов и учений китайских мыслителей той далекой от нас эпохи. Древнекитайская управленческая мысль рано выделилась из религиозно-мифологической литературы и сконцентрировалась на изучении государственного строительства и проблем взаимоотношения личности и общества. Уже в ранних учениях, отраженных в книге «Шуцзин», древнейшие отрывки из которой берут начало в XIV—XI вв. до н. э., проводится стержневая идея о «тань-мин» — праве Неба, которое контролирует всю Поднебесную, на отзыв мандата властелина и передачу его более достойному

Отцом древнекитайской управленческой мысли считают Чжоу Гуна (XI—X в. до н. э.), разработавшего формулу смены династий. В соответствии с его учением Небо предоставляет мандат властелина тому, кто воплощает в своем лице наибольшее количество «дэ» (честность, справедливость). Правитель уже сам передает власть преемникам, причем необязательно наследникам, до тех пор пока в них не исчерпается «дэ». Признаками утраты «дэ» являются аморальность правителя, его пренебрежительное отношение к подданным, нарушение им принципов справедливости. Тогда Небо вновь начинает воздействовать на Поднебесную, выбирает властителя-мудреца, исполненного дэ, и учреждается новый властный цикл.

На стыке VIII—VII вв. до н. э. Гуань Чжун разработал теорию о двух возможных путях государственного управления: «ба-дао» — правление, основанное на силе, и «ван-дао» — правление, основанное на честности. Причем государство рассматривалось по аналогии с огромной семьей, в которой люди должны строить отношения между собой по принципу «старший—младший».

3. Искусство управления в концепциях древнекитайских мыслителей

Своего расцвета управленческая мысль Древнего Китая достигла во второй половине первого тысячелетия до н. э. В это время сформировались основные управленческие учения, не утратившие своего значения и поныне. Среди них: конфуцианство, моизм, легизм, даосизм. Особенно велико значение политического наследия Конфуция (551—479 гг. до н. э.).

3.1Даосизм

Важным направлением ранней китайской управленческой мысли является даосизм. Его основоположник — Лао Цзы.

В отличие от традиционных теологических толкований «дао» как проявления «небесной воли» Лао Цзы характеризует это понятие как независимый от небесного владыки естественный ход вещей, естественную закономерность.«Дао» определяет законы неба, природы и общества. Оно олицетворяет высшую добродетель и естественную справедливость. В отношении к «дао» все равны.

Существенная роль в даосизме отводится принципу воздержания от активных действий. Невмешательство выступает в этом учении прежде всего как осуждение антинародной активности властителей и богачей, как призыв воздержаться от притеснения народа и оставить его в покое. «Если дворец роскошен, то поля покрыты сорняками и хлебохранилища совершенно пусты. Все это называется разбоем и бахвальством. Оно является нарушением «дао». Народ голодает оттого, что власти берут слишком много налогов». Все неестественное (искусственные, надуманные установления в сфере управления, законодательства и т. д.), согласно даосизму — это отклонение от «дао» и ложный путь. В известном смысле «дао» скорее означало отказ от цивилизации и возвращение к природе, нежели дальнейшее совершенствование общества, государства и законов.

Резкой критике Лао Цзы подвергает всякого рода насилие, войны, армию. «Где побывали войска, — замечает он, — там растут терновник и колючки. После больших войн наступают голодные годы. Победу следует отмечать похоронной процессией». Однако восхваляемое даосизмом «недеяние» вместе с тем означало также и проповедь пассивности, отказ от активной борьбы народных масс против своих угнетателей и притеснителей. Даосистской критике культуры и достижений цивилизации присущи консервативно-утопические черты. Лао Цзы призывает к патриархальной простоте минувших времен, к жизни в маленьких, разобщенных поселениях с малочисленным населением, к отказу от письменности, ор