Нидерландская революция XVI века

Экономические, социальные причины и сущность Нидерландской революции XVI века

Артур Степанянц,

Москва,

Апрель 2001

Опыт Нидерландской революции (1566 –1609 гг.) особенно интересен уже потому, что революция эта – одна из первых буржуазных революций в Европе; первых – и не совсем обычных. Так что когда приходится говорить о социальных и экономических причинах её возникновения, приходится сталкиваться с не совсем типичной ситуацией, анализировать которую без соответствующих оговорок и пояснений просто невозможно.

Революции предшествовали острые социальные противоречия между нарождавшимся капиталистическим и старым, феодальным, укладами (как это было и в случае с «классической» буржуазной революцией – Великой французской революцией) но они, во-первых, не имели того глобального масштаба, какой они приобрели в Англии или Франции, и, во-вторых, были сильно подогреваемы экономическим фактором, обостренным чужеземным вмешательством. Революция собственно и называется в традиционной науке буржуазной ровно потому, что буржуазия играла в революционном движении очень значительную роль.

С уверенностью можно сказать, что сами «революционеры» не ставили перед собой целью разрушение «старого» порядка, т. е. абсолютизма, и установление нового типа общественной организации – республики (в древнеримском понимании этого слова). Большей частью потому, что самих - то «революционеров» и не было: ни о какой ликвидации сословного деления, как то было в Англии или Франции, ни о какой разработке Конституции, обеспечившей бы всеобщее равенство, речь тогда не шла. В Нидерландах не было ни Локка, ни Вольтера, ни Руссо, который бы выразил общие настроения. Не было даже такого радикального Лильберна, который однажды просто бы сказал: «Все люди по природе равны. <…> Никто из них не имеет права по природе какого-либо превосходства и власти над другими. Противоестественно, неразумно несправедливо <…> было бы со стороны любого человека захватить и присвоить себе такую неограниченную силу и власть»¹ . Можно, конечно строить догадки, что помешало появлению подобного человека, но всё же magis amica veritas: не было его потому, что нечего было выражать.

Ещё характернее то обстоятельство, что на протяжении всей своей полувековой истории революция так и не дала своих идеологов. Конечно, в 1570-х погромы дворянских поместий, на время затихая, всё же продолжались, но происходило всё это стихийно, без попыток законодательного оформления этих мер.

По сути, целями всех категорий восставших было 1) улучшение своего материального положения, освобождение от непосильного экономического гнёта. Причем даже не нидерландских крестьян от нидерландских дворян, а освобождение всех категорий нидерландского общества от гнёта иноземного, гнёта испанской короны. Так же 2) восставшие, а в том числе крестьяне и городская беднота, хотели свободы вероисповедания (испанцы, сами будучи католиками, мешали им исповедовать кальвинизм). Между прочим, Энгельс был склонен считать именно этот фактор наиболее значимым, говорил, что именно «кальвинизм создал республику в Голландии»² . И эту этическую сторону революции действительно нельзя не учитывать.

Социальная напряжённость в нидерландском обществе, конечно, была, – но в той естественной мере, в которой она бывает в любом обществе, находящемся на стадии формирования капитализма.

Стремление к установлению естественного баланса между соотношением торгово-промышленной буржуазии и традиционного дворянства в аппарате управления было третей целью движения.

Таким образом, в силу специфичности характера Нидерландского освободительного движения XVI века, весьма уместно сперва четко определить область исследования. Очевидно, что после сделанных оговорок говорить о противоречиях между различными слоями общества самих Нидерландов, как об одном из факторов социальных причин революции, - вряд ли стоит, столь это риторический, а не исторический вопрос. И вот ещё почему: весьма очевиден тот факт, что Нидерландская революция как освободительное движение против испанского гнёта (чем она собственна была и дальше чего она не пошла) в принципе могла вполне перейти в глобальную борьбу низших нищенствующих слоёв населения против промышленной буржуазии. При условии, что противоречия между ними имели бы столь тотальный характер. Однако, как видно, этого не произошло, и не только потому, что когда в самом начале движения такая опасность возникла,дворяне толерантно сумели свести на нет эту тенденцию. В 1566 году и так тяжёлая экономическая ситуация (ниже она рассмотрена более подробно) обострилась неурожаем и резким повышением цен на все продукты, что привело к брожению среди бедноты. Крестьяне и рабочие мануфактур начали погромы. Сначала они коснулись только определённой группы дворян, городской магистратуры и католических священников. Однако очень скоро стало ясно, что если пустить восстание в естественное русло, то результат может оказаться очень неприятным. Заметим, не катастрофическим, ибо у восставших не было не только четко программы и единого руководства (координировали движение на местах кальвинистские пасторы), но даже чётко сформулированных лозунгов. Так что, по сути, это выступление мало чем отличалось от крупномасштабных голодных бунтов средневековья, а желания этих людей в общем сводились, условно говоря, к panem et circenses. Проправительственная дворянская группировка быстро мобилизовала все силы, и к 1567 го

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать