Европейская экспансия на Востоке в XV-первой половине XVII веков

Термин «географические открытия» применительно к комплексу заморских экспедиций европейцев в 15–17 вв. достаточно условен, ибо охватывает два разных исторических явления: во-первых, собственно открытие новых земель, до 15 в. совсем не известных европейцам либо «забытых» (Австралия, Океания, большая часть Африки, Америка), и, во-вторых, установление постоянных контактов или экономического и политического контроля над известными европейцам заморскими территориями (Азия). Речь идет об освоении и включении в орбиту влияния европейских государств земель в других частях света[1] . Естественно, что термин «открытия» верен только по отношению к европейцам: для «открываемых» народов речь шла о внешней агрессии и завоевании. Масштабная заморская экспансия европейского мира стала возможной, поскольку для нее возникли экономические, социально-демографические, технические и психологические предпосылки.

Торговые связи стран Средиземноморья, установившиеся еще со времен крестовых походов, приобрели к концу средневековья постоянный характер. Различные восточные товары: пряности (перец, корица, мускатные орехи, гвоздика и т.д.), сахар, ювелирные, парфюмерные товары, ткани и пр. – все чаще входили в употребление среди высших и средних классов Западной Европы. Купечество южно-итальянских, южно-французских и восточно-испанских (каталонских) городов сколачивало на торговле с Востоком огромные состояния[2] . Необходимо отметить, что к эпохе Великих географических открытий именно богатый Восток представлялся полунищим европейцам сказочным царством роскоши. Действительно, восточные города и резиденции правителей были богаты. А богатство, в свою очередь, является объективным показателем развития и процветания государственной структуры[3] .

Однако во второй половине 15 века средиземноморская торговля стала переживать острый кризис. Ряд причин и раньше тормозил развитие. Обилие посредников – арабов, византийцев, итальянцев,- чрезвычайно удорожало стоимость товаров. Купцам западных и северо-восточных стран отдаленные восточные рынки были совершено недоступны. Завоевание турками Ближнего Востока окончательно ухудшило положение средиземноморской торговли. Набеги турецких пиратов, всякого рода поборы с торговых судов, караванов и рынков делали торговлю с восточной частью Средиземноморья опасной, менее регулярной и менее выгодной[4] .

Отрицательный баланс торговли европейских стран с Востоком, резкое удорожание товаров в ходе их движения через цепь многочисленных посредников (правитель Малакки, индийские раджи, арабские торговцы, египетский султан, генуэзские и венецианские купцы) порождали необходимость установления прямых связей со странами-производителями; возникший в 15 в. монетный голод в Европе, вызванный истощением серебряных и золотых рудников, резко усилил потребность в драгоценных металлах[5] . В обмен на дорогие экзотические товары Востока Европа могла дать продукты сельского и лесного хозяйства, медь, олово, сукно и другие изделия, ценившиеся намного дешевле по сравнению с товарами Востока и поэтому не покрывавшие стоимости покупаемого на Востоке. Таким образом, европейцам приходилось доплачивать известные суммы драгоценными металлами, в результате чего вместо притока золота и серебра в Европу получался отлив их из Европы в восточные страны.

Начавшийся в середине 15 в. рост народонаселения давал Западу возможность использовать для заморской экспансии значительные человеческие ресурсы, тем самым снимая демографическую напряженность внутри самих европейских стран. В 15 в. был создан новый вид судна, позволявший совершать путешествия на дальние расстояния, – быстроходная и легкая однопалубная каравелла с большим трюмом и системой прямых и косых парусов, благодаря которым можно было плыть против ветра; усовершенствованы морские карты (портоланы) и навигационные приборы (компас, астролябия), что облегчало определение координат корабля в открытом море. В конце 15 в. были созданы таблицы движения планет, облегчавшие вычисление широты в море[6] . Важное значение имело и усовершенствование огнестрельного оружия. И, наконец, Европа созрела для столь решительного выхода за свои собственные пределы и психологически: к концу классического средневековья распространяется «открытый» тип сознания; европеец преодолевает традиционный страх перед непонятным и неизведанным, он готов проникать в «чужое» пространство и активно его осваивать.

В средние века греческий ученый Птолемей был высшим географическим авторитетом для подавляющего числа ученых. В его «Географии» отражены представления о едином мировом океане. Птолемей не знает и не хочет знать океана к северу и востоку от Азии, океана к югу от Эфиопии. Азия у него распространяется бесконечно далеко к северу и северо-востоку, а Африка – к югу, на крайнем Юге юго-восточная Азия соединятся гипотетической сушей с восточной Африкой, и Индийский океан превращается в замкнутое со всех сторон гигантское озеро. То есть, попасть из Атлантического океана в Индийский и достичь морским путем берегов Восточной Азии якобы невозможно. Подобные воззрения являлись серьезным препятствием для организации морских путешествий.

Развитие культуры Возрождения в Европе, а также новейшие научные предположения создали атмосферу, в которой средневековые догмы стали все более подвергаться сомнению. Еще в 13 в. Марко Поло и другие путешественники доказали, что в действительности восточный берег Азии не простирается бесконечно на восток, как полагал Птолемей