Осенняя кампания в Крыму в 1920 году

Курсовая работа студента ДО Витюгова Никиты Кирилловича

Санкт-Петербургский Государственный Университет

Санкт-Петербург, 2005.

Введение

После поражения деникинцев за белым движением из европейской части России остался только Крымский полуостров. “Последняя пядь родной земли”, как её назовёт впоследствии Врангель, удерживалась в ещё 1919 году частями генерала Слащова. Крым мог при более активной поддержке Антанты стать очагом возрождающегося белого движения, мог быть своеобразной язвой на теле Советского государства (“Остров Крым”), оставаясь независимым. При большей удачи его могли бы ещё долго удерживать войска образованной Врангелем Русской армии. Борьба за Крым имеет свои особенности, особенно рельефно проявившиеся в финальной стадии осенью 1920: в течение гражданской войны силам соперничающих сторон ещё не приходилось воевать на такой небольшой ограниченной территории, впервые нехитрая таранная стратегия советских военачальников не могла принести быстрой победы даже при очевидном превосходстве в силах. Причём для победы пришлось взять двухнедельную паузу в активных военных действиях для элементарного накапливания войск, пользуясь тем, что противник физически не в состоянии пополнить свои ряды.

Говоря об историографии данного вопроса, нельзя не отметить один момент. Осада Крыма – часть гражданской войны, отношение к которой в нашей стране полярное. Итак, в период становления советского государства появились первые исследовательские работы об обороне Белого Крыма. Одна из них, а именно двухтомная работа Н.Какурина “Как сражалась революция”, посвященная всей гражданской войне, имеет достаточно большое значение. В ней автор старался дать объективный и подробный разбор событий, происходивших в 1920 году в Крыме, но всё же во многом он оправдывает неудачи красного командования и превозносит его успехи. Несмотря на эти недостатки, надо признать, что эта работа очень важна с точки зрения фактологии данного вопроса, и она послужила основой многих последующих исследований. В последующее сталинское время тема обороны Крыма была несколько забыта из-за того, что в истории гражданской войны в основном заостряли внимание на тех её эпизодах, в которых принимал участие И.В.Сталин. В 60-е – 70-е года 20 века при изучении данной проблемы авторы говорили о красном командовании и солдатах практически только в превосходной степени. Тогда родились ставшие впоследствии мифическими истории о переходе Красной армией ледяных и глубоких вод Сиваша, об огромной роли большевисткого подполья в Крыму, о категорическом непринятии местным населением белого правительства Врангеля и добровольном содействии красным, например, при постройке Каховских укреплений и т.д. Надо сказать, что хотя такие нотки прослеживаются и у Какурина, в работах Лёвочкина “Герои Каховки и Перекопа” и Спатареля “Против чёрного барона”, которые частично носят художественный оттенок, мысли о геройстве советских солдат прописаны крайне отчётливо. Параллельно выходят в свет и работы, воспоминания белой эмиграции, привлечённые автором для изучения данной темы. И хотя воспоминания фон Лампе не богаты фактами, а исследование Звегинцова носит относительно узкопрофилированный характер, недооценивать их значения для рассматриваемой нами темы не стоит.

В 80-е года авторы судят уже более взвешенно. Здесь необходимо сказать об одной достаточно сложной проблеме, с которой сталкивается исследователь, изучающий гражданскую войну. Речь идет о цифрах. В советские времена было принято или занижать численность красных войск, или завышать численность соперника. Говорилось об огромном числе пленных, захваченных войсками красногвардейцев, о ничтожных потерях, которые нанёс соперник контратакой, о постоянной помощи союзников правительству Врангеля и т.д. В таком духе написанна “Гражданская война” в двух томах под редакцией Азовцева и работа Акулова и Петрова “16 ноября 1920 года”. В перестроечное и постперестроечное время, когда в России в основном, как нам кажется, “открещиваются” от всего, что сделано в СССР, родилась диаметрально противоположная точка зрения о том, что необразованные красные командиры только засчёт подавляющего численного превосходства смогли сломить изобретательно защищавшихся белых. Смещаются акценты, и уже идёт речь о насильственном принуждении большевиками местного “буржуйского” населения Херсона работать на Каховском плацдарме, об отсутствии авантюризма в идее Кубанского десанта и т.д. К работам такого толка, по мнению автора, относится труд Шамбарова “Белогвардейщина”, являющийся своеобразной летописью, хронологией истории Белого Движения. В заключение необходимо сказать об источниках по данной теме. К ним относятся и воспоминания или дневники белых командиров. При написании данной работы автор использовал воспоминания Слащова и записки Врангеля. Слащов большую часть своих воспоминаний, что достаточно естественно, посвящает периоду до своей отставки. Более подробно он анализирует военные действия своего корпуса и свои стратегические замыслы. Из-за сложных отношений с Врангелем, большинству людей из его окружения он даёт отрицательные характеристики, как и самому Врангелю. Записки Врангеля дают больше информации, как военного, так и политического характера. Практически перед каждой боевой операцией у него приведён предполагаемый план действий войск Русской армии, он даёт много цифр, касающихся численности личного состава, количества орудий и техники армии, причём характеризует не только свои