Емь летописная

Введение.

При изучении средневековой истории Русского Севера историографический аспект является наиболее сложным, и в то же время, наиболее интересным. Можно без преувеличения сказать, что он является одним из важнейших при реконструкции исторического процесса в столь отдаленное время. Вопросы исторической географии привлекли внимание исследователей XVIII-XIX веков, они интересуют историков и в наше время, в силу постоянного увеличения источникового материала. Многообразие источников по исторической географии способствовало привлечению к ее изучению специалистов самых разных дисциплин, внесших свой существенный вклад в пополнение наших знаний об историко-географической ситуации, как в раннем, так и в классическом средневековье на Русском Севере. Актуальность темы, таким образом, состоит в представленном нами механизме использования разнохарактерных источников по изучению Русского севера. Историко-географический аспект как раннесредневековой, так и средневековой истории Русского Севера никогда не был предметом специального и комплексного исследования. В то же время, изучение его основных положений может способствовать решению общих вопросов средневековой истории Северной Европы.

За последние десятилетия значительно изменились подходы историков к роли материалов смежных исторических дисциплин в процессе исторических реконструкций. Это выражается не только в интенсификации этнографических, антропологических и археологических исследований на рассматриваемой территории, но и в новом понимании интерпретации добытого материала, его взаимосвязи с этническим, социо-культурными и экономическими процессами, происходившими в регионе. Автор считает наиболее оправданным комплексный подход к изучению проблемы, с использованием всех известных на сегодняшний день источников, как письменных, так и материалов смежных исторических дисциплин.

Глава I. Этимология названия еми.

Прежде чем начать анализ литературы по проблеме, необходимо, что мы вкладываем в понятие «емь», а так же какова ее этимология и вариативность названия в исторических источниках и литературе. И как показывает анализ в различные времена, в различных странах, источниках просматривается достаточно большая дифференцированность названия еми.

Во-первых, следует, определится, откуда вообще произошло это название. Наиболее приемлемым высказывание сделанное Р.А. Агеевой, которая считает, что «все северные народы названы собирательными именами и они, как правило, являются передачей самоназвания»[1] . Причем емь относится именно к северным народам, наряду с другими племенами[2] (см. приложение 1). Но есть и другое мнение. Существует теория, что «емь получила название от реки Емь, ныне Емца»[3] .

Мы впервые встречаем емь в так называемом историко-географическом введении Повести временных лет и Лаврентивской летописи[4] , причем именно «еми». Но если посмотреть далее под 1042 годом идет упоминание о «ями»[5] . Так чем же это обусловлено? Во-первых, можно рассматривать появление этих и некоторых других названий, как производное от финского Hame[6] . Так каковы же были варианты транскрипций? Карамзин отождествляет емь; гам; гамчан; гамскую землю[7] , собственно как производные. Подобные вариации представляет Н. Валонен[8] . Так же мнение, что «ямь => финское Hame, тавастлендеры» высказывает и Р.А. Агеева[9] . Весьма интересные этимологические параллели перед нами рисует К. Ордин. В своем Покорении Финляндии он замечает, что «емь по родству с Эстами именуется Тавастами»[10] , кроме того, по его мнению, «у Шведов они назывались Тав-эстами, по-фински Hame откуда у летописцев и явилась Емь или Ямь»[11] . Нечто подобное мы находим на страницах Борьбы Руси против крестоносной агрессии… И.П. Шаскольского[12] , он считает, что «русское название емь (ямь) произошло от самоназвания племени Hame, шведское название племени – «тавасты». Еще одну весьма интересную вариацию предлагает П. Епифанов. Им отождествляется Чудь и Емь[13] , что, вероятно, связано с названием всех иноплеменников чудью. Итак, если взять, что емь все же произошла от Hame, то что же означает «Hame». По словам С.М. Соловьева, «Hame (Ham) значит мокрый водяной»[14] . И это достаточно приемлемо, так как ареал обитания еми (хяме) достаточно заболочен и имеет разветвленную речную систему, но наряду с этой точкой зрения существует и мнение, что емь (ямь) собственно русское название[15] . И это достаточно приемлемо, так как другие авторы заявляют, что «емь – жители болот и лесов на севере»[16]

Мы приняли, что емь (ямь) передача самоназвания так, что же оно передает? Здесь можно определить две отправные точки. Во-первых, название оной произошло от места жительства, а, во-вторых, от рода деятельности, то есть ввиду отношений с соседями. Что касается второго, то это касается, прежде всего, воинственности еми (в результате войн случались поражения, в результате которых она облагалась данью)[17] . Так Словарь русского языка IX-XVII веков показывает нам, что «Емца – дополнительная плата, подать», а «hñòè, hìü – грызть, кусать»[18] , что тождественно с воинственностью. Как говорится, эти примеры говорят сами за себя. Но рассмотрим другую точку зрения.

Другие авторы определяют, что «ема – удлиненная лощина в лесу, куда собирается снеговая вода, заболачивая ее»[19] , что подтверждает их проживание в мокрой, болотистой местности. Но наряду с этим Мурзаевы показывают еще та