Формационный и цивилизационный подход к периодизации истории

1. Формационный и цивилизационный подход к периодизации истории

Критериев для периодизации истории, систем классификации истори­ческих этапов

может быть немало. Археологи различают исторические эпохи по основным

материалам для изготовления орудий труда – камен­ный век (с выделением

палеолита, мезолита, неолита), на смену которому пришли медно-каменный,

бронзовый и железный век. Лишь в наше время наблюдаются признаки перехода от

века железа и его производных (стали, сплавов) к веку композитов, керамики,

искусственных материалов. Такая классификация очевидна, удобна, но она

оставляет открытым во­прос: может ли базовый материал служить главным

отличительным при­знаком динамики многообразного общества?

Л. Морган и вслед за ним Ф. Энгельс выделяли в истории три крупных этапа:

дикость (присвоение готовых продуктов природы), варварство (раз­витие

скотоводства и земледелия), цивилизация (развитие промышленно­сти). При этом

они исходили из совокупности семейных и общественно-экономических отношений.

История классового общества делилась на ра­бовладельческий строй, феодализм и

капитализм.

К. Марксом и вслед за ним огромной плеядой историков-марксистов за основу

классификации истории приняты формы собственности, связан­ные с развитием

классов и государства. Именно этот признак положен в основу концепции смены

общественно-экономических формаций : долгий период господства общественного

присвоения в его первобытно-общин­ной форме; пришедшие ему на смену эпохи

господства частной собствен­ности (рабовладельческая, феодальная,

капиталистическая), предостав­лявшие все большую экономическую независимость

производителю ма­териальных благ (от раба – к крепостному крестьянину, а затем

к свобод­ному наемному рабочему); наконец, возврат к общественной,

коллектив­ной собственности – сперва социалистической, а затем и

коммунистиче­ской (замены которой не предвидится, ибо достигнута абсолютная

цель движения). Поскольку формы собственности определяют производствен­ные

отношения, духовный мир – всего лишь хрупкая надстройка над этим базисом, а

производительные силы – рабочая сила человека и при­водимые ею в движение

средства производства –являются фундаментом общественной динамики, то возникает

довольно стройная концепция «трехэтажной» социодинамики, где глубинные пружины

перехода от эпо­хи к эпохе скрыты в производительных силах, но главным

отличительным признаком все-таки служат формы собственности на средства

производст­ва и рабочую силу человека.

Марксистская периодизация истории стала преобладающей, общеприз­нанной в

обществоведении и большинстве учебников истории в XX в. Но к концу века это

стройное здание стало давать трещины. Вдруг обнаружи­лось, что общественная

собственность (особенно в ее государственно-со­циалистической форме) далеко

не высший и тем более не последний этап в развитии способов присвоения (и

соответственно способов производст­ва). Она отчуждает человека от условий и

результатов его труда, подрыва­ет личный интерес и инициативу, превращает

работника в винтик огром­ной государственно-бюрократической машины,

исполнителя воли разрас­тающегося всесильного государственного аппарата.

Начался ренессанс ча­стной собственности, личного присвоения, мелкого

бизнеса, рыночной конкуренции, развернулся процесс деэтатизации

(разгосударствления), ос­вобождения общества от чрезмерно навязчивой опеки

государственной бюрократии, потерпели крах тоталитарные режимы. Это – не

возврат к раннему капитализму, а начало нового витка исторической спирали.

При­ходит новое общество, которое получило название постиндустриального. И

оно, вероятно, не будет последним, завершающим.

К тому же и сами формы присвоения, и сменяющие друг друга спо­собы

производства, и используемые орудия труда — не причины, а следствия. Они

выражают ступени познания и освоения человеком окружаю­щего мира.

Предложенные марксизмом основы периодизации истории об­щества и его будущего

все больше подвергаются сомнению и критике, вы­двигаются новые подходы и

концепции, либо реанимируются, возрожда­ются старые, ранее отброшенные и

полузабытые.

Что же все-таки отличает человека, общество от всего ос­тального мира? Что в

человеке главное, определяющее его историческую функцию?

Общепризнано, что человек — существо биосоциальное. В его генети­ческом

ядре — нерасторжимое единство двух, казалось бы, противопо­ложных начал.

Биологическое начало роднит человека со всей окружаю­щей природой, с

материальным миром, его вершиной – живой природой с присущими ей сложными

механизмами цикличной динамики и генети­ки, наследственности, изменчивости и

отбора, сменой поколений.

Отличия начинаются там, где проявляется разум человека во всем мно­гообразии его

функций. В чем же проявляется разум человека? Во-пер­вых, в познании

(сначала эмпирическом, а затем абстрактном) сущности явлений и процессов —

законов строения и закономерностей динамики окружающего мира и самого себя, — в

познании, которое

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать