Немцы на Смоленщине

Смоленский педагогический лицей-интернат им. Кирилла и Мефодия

Немцы на Смоленщине

Докладчик:

Руководитель: Копылова Т.М.

Смоленск 2005

Немцы и русские никогда не были чужими друг для друга. Напротив, они всегда ощущали особую духовную близость и даже родственность. В XX веке, с его антагонизмами и войнами, характерными особенно для его первой половины, эта близость вновь привлекает к себе усиленное внимание. Тем самым приобретает новое звучание и совершенно иной по своей атмосфере период, предшествующий началу Первой мировой войны. Эта война надолго прервала счастливую эпоху симбиоза немцев и русских не только в Поволжье, но и в Санкт-Петербурге, и особенно в Москве. Множество немцев осело в Москве и в соседних территориях, чтобы попытать здесь счастья. Их присутствие ощущалось во всех областях общественной жизни, они заводили здесь своё дело и вносили существенный вклад в развитие городов и страны, без них невозможно представить себе бьющую ключом жизнь московского общества. Достигалось необычайное тесное и многогранное, взаимообогащающее переплетение двух традиций.

Основной причиной зарождения отношений между смолянами и немцами была торговля. Об этом свидетельствуют разнообразные источники: хроники, торговые грамоты, археологические материалы и т.д. Самый известный из них – «Смоленская торговая правда» 1229 г. Это обширная договорная грамота смоленского князя Мстислава (Фёдора) Давыдовича, данная им в 1229 г. Риге Готланду и немецким городам. «Смоленская торговая правда» стала правовой основой торговли западнорусских городов, особенно Смоленска, с немцами. Все остальные официальные документы (грамоты), относящиеся к торговым сношениям Смоленска с другими странами Европы в XII-XIVвв., хотя и не носят столь самостоятельного характера, как «Правда», но тем не менее тесно связаны с ней.

Внешние торговые сношения древнего Смоленска завязывались очень рано. Приведя соответствующие данные, Б.А. Рыбаков намечает для Киева IX-XIвв. «два мощных потока, направленных на Запад: первый – через Волынь, Краков на Прагу и Регенсбург, а второй – через Смоленск, Новгород, Ладогу и польские и венгерские города Южной Прибалтики».

«Путь в немцы», который шёл из Днепра через небольшой волок в Западную Двину и Рижский залив «моря Варяжского», хорошо был известен нашим древним летописцам. Особенно оживает этот путь на рубеже XII-XIIIвв., когда в связи с расколом Древнерусского государства на ряд самостоятельных феодальных княжеств возрастает местный интерес земель к внешней торговле.

Приблизительно около этого времени в Смоленске, вероятно, и появилась «немецкая слобода». Очевидно, из числа немецких купцов, часто посещавших город и подолгу живших в нём, был тот богатый «Лудольф из Смоленска», о котором упоминает Генрих Латвийский как о представителе посольства русских князей, направленном в Ригу в 1210 г. Торговля немецких купцов в Смоленске велась регулярно, и размеры её были значительны.

Из разных источников мы узнаём, что уже к тому времени в Смоленске было много немецких дворов и дворищ, немцы сумели обзавестись недвижимостью, представленной главным образом в виде храмов.

Ёщё в XIX в. в Смоленске помнили о том, что к западу от церкви Ивана Богослова существовала какая-то древняя постройка. С.П. Писарев высказал предположение, что это могло быть «училище славяно-греко-латинское, основанное Романом Ростиславовичем, на которое он тратил свои княжеские средства». Хотя Писарев и не указал, что послужило основанием для его предположения, об этом не трудно догадаться – это сведения, приводимые В.Н. Татищевым. Со ссылкой или без ссылки на Писарева утверждение о наличии при церкви Ивана Богослова школы, основанной Романом Ростиславовичем, утвердилось в научной литературе.

В 1909 г. при прокладке водопровода близ церкви Ивана Богослова были обнаружены остатки древнерусской кирпичной постройки, и в газетных информациях сейчас же всплыли предположения о школе князя Романа.

Через 40 лет, в 1950 г., остатки древнего здания были впервые раскопаны и обмерены И.Д. Белогорцевым. При этом выяснилось, что здание имело совершенно необычную для древнерусской архитектуры форму – это была круглая постройка - ротонда - со столбами внутри. С юго-восточной стороны в стене ротонды отмечены два разрыва, принятые Белогорцевым за входы. Расположение входов не с запада, а с юго-востока окончательно убедило его в том, что раскопанная постройка не могла быть церковью, а являлась той «школой», о которой писали исследователи XIXв. Начав с предположения, «что эта постройка была первым в Смоленске школьным зданием», Белогорцев далее уже прямо называет её «академической школой», оговаривая, впрочем, что «здание школы одновременно могло служить и княжеской гридницей (приёмным залом), и таможней (местом сбора пошлины)».

Ротонда (ротонда – здание цилиндрической формы) расположена приблизительно в 30 метрах к западу от церкви Ивана Богослова. Наружная поверхность кирпичных стен почти всюду нарушена, и поэтому не исключена возможность, что в действительности внешний диаметр здания мог быть больше на несколько сантиметров, чем сейчас. Внутри постройки довольно тесно расставлены четыре массивных прямоугольных столба.

Постройка расположена на опускающемся в сторону Днепра, с юга на север, склоне; перед началом строительства склон был несколько подрезан и выровнен.

Руины ротонды лежали под слоем земли, смешанн