Анализ повести Бальзака "Гобсек"

Анализ повести Бальзака "Гобсек"

Содержание

Вступление

1. Образ ростовщика. Портрет в духе Рембрандта

2. «Огромность» фигуры Гобсека как типичного романтического героя

3. Изображение власти золота

4. Особенности социально-исторической обусловленности персонажей повести

Выводы

Список использованной литературы

Вступление

Повесть «Гобсек» не сразу обрела свой окончательный вид и место в «Человеческой комедии»; она принадлежит к произведениям, сама история создания которых проливает свет на формирование титанического бальзаковского замысла.

Вначале (в апреле 1830 года) она вышла под заголовком «Опасности беспутства» в первом томе «Сцен частной жизни». Первая глава этого произведения несколько раньше, в феврале 1830 года, была опубликована в виде очерка в журнале «Мода» и называлась «Ростовщик». В 1835 году повесть вошла в новое издание «Сцен парижской жизни» и была озаглавлена «Папаша Гобсек». И, наконец, в знаменательном 1842 году Бальзак включил ее в «Сцены частной жизни» первого издания «Человеческой комедии» под названием «Гобсек».

Первоначально повесть была разделена на главы: «Ростовщик», «Адвокат» и «Смерть мужа». Это деление соответствует основным тематическим эпизодам, из которых состоит произведение: история ростовщика Гобсека, годы ученичества и начала карьеры стряпчего Дервиля, любовная драма Анастази де Ресто, которая во многом привела к преждевременной смерти ее мужа.

Из всей «Человеческой комедии» повесть «Гобсек» теснее всего связана с романом «Отец Горио», где на фоне развития основной сюжетной линии вновь оживает история гибельной связи Анастази де Ресто и Максима де Трай, тайной продажи графиней фамильных бриллиантов и борьбы графа де Ресто за остатки своего состояния.

Кроме романа «Отец Горио», основные персонажи повести «Гобсек» (ростовщик и стряпчий) встречаются в ряде других произведений «Человеческой комедии». Гобсек – в «Цезаре Бирото», «Чиновниках» и «Брачном контракте», Дервиль – в «Полковнике Шабере», «Блеске и нищете куртизанок» и «Темном деле».

Как и во всяком масштабном проекте, состоящем из многих элементов, в «Человеческой комедии» есть свои шедевры и скучноватые создания гениального пера, на которых автор не то чтобы отдыхал, а, скажем так, собирался с силами. «Гобсек» – безусловная удача писателя, а центральный образ ростовщика-голландца навсегда вошел в историю мировой литературы. Именно поэтому повесть «Гобсек» можно рассматривать как один из ключей к пониманию своеобразия бальзаковской эпопеи в целом, а «Предисловие к «Человеческой комедии» – как своего рода авторский комментарий к «Гобсеку».

Уже сама композиция повести настраивает читателя на восприятие описываемых событий как наблюдений, отрывков из большого эпического полотна, охватывающего жизнь сотен людей, с которыми произошло множество разнообразных историй. Повествование организовано по принципу «рассказ в рассказе» и ведется от лица наблюдателя, второстепенного участника событий – стряпчего Дервиля. Финал обрамляющего рассказа – истории любви Камиллы де Гранлье и Эрнеста де Ресто – остается открытым, и даже рассказ Дервиля о Гобсеке не имеет ни начала, ни конца: прошлое ростовщика окутано многозначительным туманом, а о судьбе его фантастических богатств не говорится вообще ничего.

Ничего удивительного – роман «Блеск и нищета куртизанок», в котором Эстен ван Гобсек «получила» наследство сразу после самоубийства, был закончен Бальзаком в 1847 году, то есть через двенадцать лет после внесения последних правок в повесть «Гобсек».

1. Образ ростовщика. Портрет в духе Рембрандта

Одна из важнейших составляющих образа старого ростовщика – его портрет. Он складывается из целого ряда характеристик, однако определяющую роль в воссоздании внешнего облика Гобсека играют богатейшие бальзаковские сравнения. В них доминируют черты безжизненности и бесцветности. Рассказчик чаще всего подчеркивает сходство Гобсека с неяркими неживыми предметами, механизмами, теми существами, в ком дыхание жизни едва заметно, или – с хищниками.

Лицо Гобсека Дервиль называет «лунным ликом», поскольку его желтоватый цвет «напоминал цвет серебра, с которого слезла позолота. Волосы у моего ростовщика были совершенно прямые, всегда аккуратно причесанные и с сильной проседью – пепельно-серые. Черты лица, неподвижные, бесстрастные, как у Талейрана, казались отлитыми из бронзы. Глаза, маленькие и желтые, словно у хорька, и почти без ресниц, не выносили яркого света, поэтому он защищал их большим козырьком потрепанного картуза. Острый кончик длинного носа, изрытый рябинами, походил на буравчик, а губы были тонкие, как у алхимиков и древних стариков на картинах Рембрандта и Метсу. ...От первой минуты пробуждения и до вечерних приступов кашля все его действия были размеренны, как движения маятника. Это был какой-то человек-автомат, которого заводили ежедневно [3, с.10-11].

Далее Дервиль сравнивает поведение Гобсека с потревоженной мокрицей; вспоминает, что неистовые крики его жертв обычно сменяла «мертвая тишина, как в кухне, когда зарежут в ней утку». Недаром ростовщик был наделен Странной говорящей фамилией – Гобсек по-французски означает «сухоглот» (gober – глотать, sec – сухой, высохший), или, более образно, – «живоглот».

Бесстрастная холодность Гобсека оставляет Дервиля в полном не

Внимание, отключите Adblock

Вы посетили наш сайт со включенным блокировщиком рекламы!
Ссылка для скачивания станет доступной сразу после отключения Adblock!

Скачать