Любовь к природе: спорные вопросы

В.Е. Борейко, Киевский эколого-культурный центр

Любовь к природе возникает из того лучшего, что в ней заключено. Мы любим ее как град божий несмотря на то (а скорее как раз потому), что в этом граде нет жителей.

Р. Эмерсон

Любовь к животным сама собой приводит к тому, что люди требуют самых породистых, и это в свою очередь неизбежно порождает жестокость.

Я. Кавабата

Что такое любовь к природе

О необходимости любви к природе на уроках школьного естествознания еще в XIX веке писали русские педагоги Ястребцов, Сальцман, Симашко; известный педагог-естественник Д.Н. Кайгородов неоднократно заявлял: “Нужно культивировать в школе не мертвую науку о природе, а живую любовь к природе и Божьим творениям” (13). К такому же мнению в начале XX века пришел и известный педагог Стенли Холл (22).

Одну из наиболее серьезных работ обсуждению такого сложного и таинственного понятия как любовь к природе посвятил известный российский педагог и деятель охраны природы Б.Е. Райков еще в 1915 году (6). По его мнению, любовь к природе является “отвлеченным чувствованием собирательного характера”. В него входят разнообразные и сложные переживания, как то:

“1. Наслаждение красивыми формами, красками, звуками и связанные с этим восприятия и представления;

2. Удивление перед разнообразием форм и явлений в природе, интерес перед новым, незнакомым, проистекающее отсюда стремление узнать, понять, объяснить наслаждение от успеха самостоятельных попыток и достижений в этой области;

3. Преклонение перед величием природы, ее возвышенной красотой, необъятностью, переходящее в чувство умиления, сознания собственного ничтожества, скоротечности нашего бытия перед лицом вечности, священный трепет перед бесконечностью” (6).

Кроме этого, Б.Е. Райков полагал, что любовь к природе слагается из трех групп чувствований: эстетических, этических и интеллектуальных.

С ним частично не согласен автор легендарной “Розы мира” Даниил Андреев: “Но напрасно толкуют о любви к природе естествоиспытателей. Интеллектуальную любовь можно испытывать только к продукции интеллекта – именно умом любить идею, мысль, теорию, научную дисциплину. Так можно любить физиологию, микробиологию, даже паразитологию, но не лимфу, не бактерии и не блох. Любовь к природе может быть явлением физиологического порядка, может быть явлением порядка эстетического, наконец – порядка этического и религиозного. Явлением только одного порядка она не может быть – интеллектуального. Если отдельные специалисты-естественники и любят природу, то это чувство не имеет никакой связи ни с их специальностью, ни вообще с научной методикой познания Природы: это чувство или физиологического, или эстетического порядка” (14).

Кстати, как тут не вспомнить русского поэта Я. Полонского, писавшего, что “любви к природе нет без чувства красоты”. По мнению известного английского культуролога и экофилософа Джона Рескина, любовь к природе – самое здоровое чувство, несовместимое со злыми страстями: “Отсутствие любви к природе не является несомненным недостатком, но наличие этого чувства – обязательный признак доброго сердца и справедливого нравственного чувства…, степень глубины этого чувства, вероятно, определяет и степень благородства и красоты характера” (цит. по: 11).

По его мнению “любовь к природе, где бы она не проявлялась, всегда была волнующим и святым элементом чувства” (цит. по: 11), а человек, который больше других любит природу, всегда оказывается более способным в вере в Бога.

Известный польский пионер охраны природы, юрист, культуролог и экофилософ Ян Павликовский писал: “Любовь к природе соединяет человека с Землей, и ведь, собственно эта любовь является источником и одновременно плодом охраны природы. Известен тот психологический факт, что прежде всего любим то, что является предметом наших забот (…). Охрана природы – это деятельная любовь, активная, в ней эта любовь является, становится реальностью, благодаря ей усиливается. А эта любовь для природы имеет высокую моральную ценность. Укрепляет она связь солидарности со всем сущим, расширяет горизонты наших благородных чувств, является источником благородного бескорыстного удовлетворения, дает мысли покой и отдых” (цит. по: 11).

Любовь к природе может прийти к человеку неожиданно, поразить как гром среди ясного неба. Вот как рассказывает о таком случае Д. Андреев: “Лично у меня все началось в знойный летний день1929 года вблизи городка Триполье на Украине. Счастливо усталый от многоверстовой прогулки по открытым полям и по кручам с ветряными мельницами, откуда распахивался широчайший вид на ярко голубые рукава Днепра и на песчаные острова между ними, я поднялся на гребень очередного холма и внезапно был буквально ослеплен – передо мной, не шевелясь под низвергающимся водопадом солнечного света, простиралось необозримое море подсолнечников. В ту же секунду я ощутил, что над этим великолепием как бы трепещет невидимое море какого-то ликующего живого счастья. Я ступил на самую кромку поля и с колотящимся сердцем прижал два шершавых подсолнечника к обеим щекам. Я смотрел перед собой на эти точки земных солнц, почти задыхаясь от любви к ним…” (14). Писатель назвал это “первым прозрением”: “рано или поздно наступит первый день – внезапно ощутишь всю Природу, как если бы это был первый день творения и земля блаженствовала в райской красе” (14).

Таким образом, под любовью (влечением, приверженностью, страсть