Синодальный период в истории Русской Православной Церкви

Митрополит Питирим (Нечаев)

Церковная история в этот период также переживала трагические моменты. Достаточно сказать, что Москва, находившаяся в оппозиции реформам — не имела своего епископа в течение 70 лет; иерархически ею управлял викарий Ростовской епархии, епископ Переславль-Залесский.

Со смертью Патриарха Адриана в 1700 г. Местоблюстителем патриаршего престола был назначен митрополит Рязанский Стефан Яворский, который некоторое время осуществлял общее руководство Церковью, но он был в трудном положении. Серьезно озабоченный проникновением лютеранских воззрений в русское православное общество, митрополит Стефан Яворский написал полемический труд "Камень веры" — произведение, направленное против западнических настроений, которые усиленно вводились и самим царем Петром Алексеевичем, и людьми, его окружавшими.

В 1721 г. Петр I учредил духовную коллегию для управления Церковью, которая через год была преобразована в Святейший Правительствующий Синод—или, другими словами, "ведомство православного исповедания". Таким образом, патриаршее возглавление было отменено более чем на 200 лет, а весь период получил название Синодального. Синод был частью государственного аппарата — со всеми вытекающими отсюда последствиями.

В XVIII в. произошел очень резкий передел собственности, когда церковные земли были дважды или трижды секуляризованы. По существу, у Церкви были отобраны те "поминальные" земли, которые православные оставляли, уходя из этой жизни, на помин души, или просто жертвовали на что-то. При этом церковные земли обладали тем некоторым иммунитетом, что в них было особое право монастырей на крестьян. Монастырских крестьян не продавали, следили за тем, чтобы они не подвергались жестоким телесным наказаниям, и хотя по всей России было утверждено жесткое феодальное право владения душами, монастырские крестьяне находились в более щадящих условиях.

Секуляризация церковных земель, сокращение числа монастырей привели к снижению их роли как центров культуры и просвещения. Поскольку богатства Церкви оскудели, развитие церковного искусства практически полностью стало зависеть от богатых жертвователей, которые распространяли свой обмирщенный вкус и на церковную архитектуру, и на иконопись, и на произведения прикладного искусства, предназначенные для церковного обихода.

Многим стал непонятен язык богослужения — в особенности это касалось аристократии, часто знавшей иностранные языки лучше русского. Поскольку смысл службы перестал быть понятным, церковная музыка начала развиваться в том же направлении, что и западноевропейская: эстетическое наслаждение превратилось в самоцель, распалось единство музыки и слова.

Однако несмотря на все сложности, которые возникали в связи с "огосударствлением" церковной структуры, Синодальный период дал образцы очень высокого духовного развития Церкви. Не случайно мудрейший московский митрополит Филарет Дроздов сказал, что "Промысл Божий всегда заботился о Церкви и всевозможные ошибки направлял к благим последствиям".

Именно в XVIII в. в массе появились духовные учебные заведения. Основанная еще в конце XVII в. Славяно-греко-латинская академия была преобразована в высоко развитую — и духовно, и научно, и методологически — школу Московской, Санкт-Петербургской и Казанской духовных академий. К концу XIX в. воспитанники российских духовных академий и выдающиеся ученые Московского университета обеспечили такой высокий подъем в области философии, богословия и церковно-исторической методики исследования, который определил дальнейшие пути развития не только последующей русской мысли, но и оказал влияние на западную. Блестящие образцы русской религиозной философии до сих пор имеют большое значение для Запада, а в последнее десятилетие стали доступны и в России.

Нужно отметить, что инославные конфессии: католическая, которая была в западных областях, присоединяемых к России; лютеранские общины, которые появлялись и в самой Москве, в Немецкой слободе, и, опять-таки в западных областях от Финляндии до Прибалтики; исламские общины; затем, правда, спустя сто лет—грузинская и армянская Церкви—все они сохранили свои структуры. Правда, статус грузинского Патриарха в отсутствие русского Патриарха упразднили, и в Грузию был назначен Экзарх, возглавлявший ее Православную Церковь.

Что касается европеизированной части общества, то и она, как, по крайней мере, становится заметно с течением времени, в значительной своей части оставалась верной Православию. Даже среди аристократии, в особенности среди военных, нередки примеры высокого благочестия — генералиссимус А.В. Суворов, генерал-фельдмаршал П.А. Румянцев, адмирал Ф.Ф. Ушаков, недавно канонизованный Церковью и др.

В истории русской святости XVIII в. отмечен именами святителей Димитрия Ростовского, Митрофана Воронежского, Тихона Задонского, Иоасафа Белгородского, блаженной Ксении Петербургской и многих других канонизованных и неканонизованных подвижников благочестия. С конца XVIII в. начинается новое возрождение монашеской жизни. Именно Синодальный период дал образцы той высокой духовности, которая нас питает и которая не превзойдена до сих пор. В качестве примера можно привести преподобного Серафима Саровского—одного из самых почитаемых в современном мире святых. Преподобный Серафим через нашу русскую эмиграцию стал всемирно почитаемым святым. В мире можно встретить его изображения с чертами монголоидного или