Объективность информации как необходимое условие журналистского познания

Дмитрий Стровский

Очевидно, что поиск ответа на вопрос, может ли журналистика быть формой социального познания, следует искать, исходя как из теоретических концептов существования этой сферы деятельности, так и с учетом ее практических возможностей. Причем реализуемых не «вообще», а в конкретные исторические отрезки времени. Оба этих проявления (представляющих в своем дуализме необходимое условие актуализации любых научных разработок) могут вступать в противоречие друг с другом, что определяется политическим и экономическим положением журналистики в том или ином обществе, государственной стратегией в отношении СМИ, уровнем законодательной базы, обеспечивающей их существование. В силу этого в разные периоды своего развития, с учетом конкретной ситуации в обществе, сами СМИ могут «более» или «менее» полно отражать социальную картину мира, становиться в совокупности объективным источником его познания или, наоборот, источником, слабо заслуживающим доверия или не заслуживающим его вовсе. Разумеется, принцип «или-или» оказывается несколько условным для современного мира, с его полифонизмом. Однако совокупное, применительно к теории и практике, осмысление вопроса о «социальном лице» журналистики, в любом случае видится значимым для понимания объективных условий функционирования «четвертой власти», перспективы ее развития.

Отталкиваясь от теоретических основ существования журналистики как социального института, стоит подчеркнуть, что в основе ее функционирования лежит принцип объективности, реализуемый на практике в первую очередь посредством плюрализма мнений – на страницах печатных изданий, в радио- и телеэфире. Сам плюрализм может формироваться как при наличии различных взглядов на окружающую жизнь, присутствующих в одном СМИ, так и благодаря всему многообразию средств информации, создающих в совокупности многовекторное восприятие повседневной жизни. Посредством этого формируется основание для выстраивания объективных закономерностей познания действительности.

Между тем, в рамках автократической системы политического управления принцип объективности отступает на второй план по сравнению с «принципом целесообразности». Характеристическим проявлением этой системы становится наличие власти, проявляющей себя в форме жесткой политической воли, контролирующей все отношения в обществе и определяющей уровень его духовно-мировоззренческих ориентиров.

Журналистика в этих условиях становится выразителем интересов существующей государственной системы, проецируя в сознании граждан определенные, заданные «сверху» социально-политические ориентиры. Одномерность развития общества всецело воздействует на журналистику, равно как и журналистика закрепляет в массовом восприятии только разрешенные властью ценности. Особенность этой ситуации состоит в том, что в целом ни общество, ни СМИ не осознают своей ограниченности, в серьезной степени ущербности от таких взаимоотношений. Нарушение объективности информации не приводит к серьезным последствиям на социальном поле, ввиду того, с одной стороны, что общество воспринимает себя как «монолитное», а с другой – его граждане, по большей части, не имеют возможности сформировать собственное видение по поводу многих фактов и явлений.

Казалось бы, в существующих реалиях познание журналистикой окружающей жизни выглядит проблематичным по причине заданного политического характера самого познания.

Однако в рамках научной дискуссии этот тезис выглядит, по крайней мере, полемичным. В условиях автократического режима журналистика, как не покажется парадоксальным с позиций «нового мышления», имеет основания восприниматься весьма достоверным источником изучения окружающей действительности. В данном случае мы исходим из того, что все познание является строго идеологизированным, встроенным в прокрустово ложе политической системы и сложившихся в ее рамках норм и ценностей. СМИ являются инструментом отражения этого познания, поскольку все они, контролируемые «сверху», определяются единой содержательной моделью. Именно поэтому, например, журналистика советского периода позволяет всесторонне представить специфику сложившихся политических реалий, взаимодействия власти и общества, являясь ценным материалом для любого историко-политологического исследования.

В условиях развития демократии общество во внешнем проявлении перестает быть целостным образованием, распадаясь на большое число аудиторных сегментов. Нечто похожее происходит и с журналистикой, которая в обновленных условиях также перестает быть единой, становясь совокупностью целого ряда журналистик, действующих в едином информационном поле, но исповедующих различные подходы к анализу повседневной действительности. Применительно к анализу, в частности, современной российской периодики уже явно недостаточным видится традиционное, утвердившееся в исследовательской литературе, разграничение ее на качественные и массовые издания. Не случайно в современных исследованиях предлагаются различные классификационные составляющие российских СМИ.

Так, И.М. Дзялошинский предлагает сегментировать их по трем направлениям: журналистика управления, нацеленная на изменение сознания и поведения людей, помогающая обществу определить концептуальные подходы к формированию общественных отношений; журналистика успеха, журналистика информации – прагматичная и одновременно развлекательная, рассчитанная на формирование у аудитории «победительного» восприятия жизни, знающая, что требуется определенной