Валдайский Иверский монастырь

Уже в первые годы своего существования Валдайский Иверский монастырь мог назваться одним из богатейших русских монастырей. К нему были приписаны Валдайское озеро с островами, села Валдай, Боровичи, Вышний Волочек и другие, а также множество угодий и вотчин. В 1656 году, то есть буквально через несколько лет после основания обители, здесь освятили каменный собор. На освящение Патриарх Никон привез копию Иверской иконы Божией Матери, выполненную иконописцем афонского Иверского монастыря.

На Рождество 1657 года в Иверскую обитель должен был пожаловать царь - во всяком случае, Патриарх Никон приглашал его. Но государь не приехал. В 1658 году между ним и Патриархом началось, по слову летописца, "безсоветие", и царь так и не побывал в монастыре, об устроении которого он еще недавно заботился. Да и Никон в 1658 году приезжал сюда в последний раз. Прожив здесь три месяца, он уехал в Ново-Иерусалимский монастырь, где в добровольном изгнании томился восемь лет. В 1666 году Большой Церковный Собор осудил Патриарха и приговорил его к ссылке в отдаленный Ферапонтов монастырь.

Когда Никона постигла опала, все монастыри, основанные им (Ново-Иерусалимский, Валдайский Иверский и Онежский Крестный), признали созданными "не по уставам святых отцов". Богатые монастырские вотчины отошли в казну, а братию "расформировали" по другим обителям. Но в 1668 году это распоряжение отменили, и Иверский монастырь получил обратно все угодья и привилегии, когда-то дарованные ему.

В 1712 году Валдайский Иверский монастырь со всем его имуществом и угодьями приписали к строившемуся в Санкт-Петербурге Александро-Невскому монастырю (позже - Лавре). К 1730 году обитель вернула себе самостоятельность, но при этом оставила в ризницах столичного монастыря часть своего богатства: расшитые жемчугом священнические облачения, украшенные алмазами митры, четыре золотых напрестольных креста, - и это не считая двух колоколов и прочих, менее ценных, но не менее нужных в хозяйстве вещей.

Все эти лишения не помешали Валдайскому монастырю в 1764 году, при составлении штатов, оказаться в первом классе. В это время обитель владела 4275 десятинами пахотной земли и 7133 душами крестьян. Кроме того, были у нее подворья в Москве и Новгороде и пять приписных монастырей. И все же к концу XVIII века Иверская обитель, оставаясь второй по значению в Новгородской земле, пришла в упадок. Лишь в XIX столетии она несколько воспрянула в хозяйственном отношении.

В середине XIX века настоятелем монастыря стал архимандрит Лаврентий, оставивший добрую память по себе во всей округе. Ремонтируя и украшая монастырские постройки, он не забывал и о тех, кто жил за стенами монастыря. Всякого голодного он старался накормить, всякого холодного - одеть и обогреть. Устроив странноприимный дом при обители, где кормились буквально тысячи людей, он говорил братии: "Это наш долг перед Царицей Небесной". И в самом деле, ощущал себя не благотворителем, а вечным должником.

К началу XX века в Валдайском Иверском монастыре насчитывалось около 70 насельников. Жил он исключительно собственными доходами - от рыбной ловли, продажи молока, скота, овощей. Не последнюю статью дохода составляли регулярные крестные ходы с Иверской иконой Божией Матери, участие в которых принимали тысячи людей. Вообще, в новгородских пределах Иверская обитель была излюбленным местом паломничества благочестивых крестьян и городских жителей. На праздники сюда стекалось до 15 тысяч богомольцев.

Монастырский уклад был строг - настолько, что не всякий "чужой" монах мог выдержать его. А приходили на Валдай из других обителей многие, наслышавшись о благочестивой жизни здешних иноков.

Впереди насельников Иверского монастыря ждали тяжелые испытания. Уже начиная с января 1918 года новая власть постоянно грабила монастырь, реквизируя у него "излишки" то хлеба, го овощей, то скота. Около полугода монахи сносили визиты распоясавшихся "товарищей".15 июля, когда была объявлена очередная масштабная реквизиция "хлебных излишков", иноки ударили в набат. Монастырские колокола были очень хорошо слышны в городе, и жители Валдая, еще не оробелые перед Советской властью, вышли на улицы, захватили оружейный склад и ринулись к монастырю. С тревогой наблюдал с монастырского острова продотряд, как на противоположном берегу растет возмущенная - и вооруженная - толпа валдайцев.

По некотором размышлении продотрядовцы решили усмирить народ, предложив выйти к нему настоятелю, архимандриту Иосифу. Отец Иосиф, всеми силами души желая не допустить кровопролития, согласился. Уже возле берега лодки, в которых находился архимандрит вместе с отрядом экспроприаторов, были обстреляны валдайцами, не заметившими отца настоятеля. Случайная пуля, предназначавшаяся кому-то из большевиков, ранила архимандрита.

После ранения отца настоятеля Советская власть на некоторое время оставила монастырь в покое. Но уже осенью большевики опять явились на монастырский остров. Тогда они сняли драгоценную ризу с Иверской иконы Божией Матери, увезли всю старинную богослужебную утварь (церковные сосуды, напрестольные кресты, золотые и серебряные панагии). Однако время повального изъятия церковных ценностей еще не настало, и 1 января 1919 года по приказу комиссара Наркомпроса все вещи вернулись в обитель.

В это же время рабочие монастыря образовали (скорее всего, по наущению "товарищей сверху") рабочи