Интермедиальные связи стихотворений Б.Л. Пастернака "Рождественская звезда" и "Магдалина" с произведениями изобр. Искусства

Интермедиальные связи стихотворений Б.Л. Пастернака "Рождественская звезда" и "Магдалина" с произведениями изобразительного искусства.

И. А. Суханова

Проблема влияния изобразительного искусства на творчество Б.Л.Пастернака не обойдена исследователями. Этот вопрос неоднократно затрагивается в работах В.С.Баевского (1) , тема "Пастернак и живопись" разрабатывается в статьях Вяч. Вс. Иванова (2), Т.Левиной (3), Д. Де Симпличо (4). И. П. Смирнов подробно рассматривает реминисценции "Преображения" Рафаэля в "Докторе Живаго" (5). О зависимости "евангельских" стихов из романа "Доктор Живаго" от мировой живописи говорят В.Н.Альфонсов (6), Вяч. Вс. Иванов (2), Е.Б.Пастернак (7). Живописные источники некоторых стихотворений из тетради Живаго рассматриваются в работе П.А.Бодина (8).

Предпринимая систематическое сопоставление текстов шести стихотворений из романа "доктор Живаго", имеющих евангельский сюжет ("Рождественская звезда", "Чудо", "Дурные дни", "Магдалина 1", "Магдалина 2", "Гефсиманский сад" ), с текстами четырех канонических Евангелий (9), мы пришли к необходимости обращения к интермедиальным связям (10) этих стихотворений с произведениями изобразительного искусства с точки зрения вербализации иконических знаков. Для этого есть следующие основания.

Обращаясь к евангельскому сюжету, поэт дает нам зримую картину событий, максимально приближенную к быту, к восприятию любого человека. Это обытовление происходит за счет обрастания сюжета деталями, реалиями повседневности (поэтому в стихотворениях так много прозаизмов, лексических единиц с нарочито сниженной стилистической окраской). Метод этот, конечно, не случаен. В тексте романа с ним перекликаются слова Николая Николаевича: "До сих пор считалось, что самое важное в Евангелии нравственные изречения и правила, заключенные в заповедях, а для меня самое главное то, что Христос говорит притчами из быта, поясняя истину светом повседневности" (11). Эти конкретные детали восходят, в основном, к пластическим искусствам, которые давно и всесторонне освоили евангельскую тему, более того, создали мощную традицию, вплоть до определенных стереотипов, подчас весьма далеких от первоисточника. С нашей точки зрения, значение изобразительного искусства для "евангельских" стихов Пастернака сопоставимо со значением самого первоисточника: Евангелие прочитано поэтом сквозь призму европейского искусства, что на языковом уровне проявляется, во-первых, в системе номинаций, во-вторых, в особенностях организации текстов стихотворений. О влиянии той или иной конкретной картины на образы стихотворений можно, конечно, только высказывать предположения, ничего не утверждая, но можно и нужно указать на существование определенной традиции в трактовке того или иного сюжета, на наличие того или иного иконографического типа.

Особо зависимыми от живописных источников нам представляются "Рождественская звезда", "Магдалина 1" и "Магдалина 2". И мотив Поклонения волхвов и пастухов, и образ Магдалины складываются из узнаваемых элементов и оказываются своего рода обобщением всей многовековой живописной традиции освоения этих тем. Живопись упоминается в романе, когда речь идет о замысле "Рождественской звезды": "...а просто надо написать русское поклонение волхвов, как у голландцев..." (12).

Поклонение волхвов - популярнейший сюжет в западноевропейском искусстве. Формула "русское поклонение волхвов" несет в себе ту информацию, что для русского искусства, берущего свое начало от искусства Византии, этот сюжет в чистом виде не характерен, хотя является необходимой частью композиций Рождества (13).

Неудивительно, что большинство деталей в "Рождественской звезде" вызывает ассоциации с некоторыми произведениями изобразительного искусства. Рассмотрим основные из них.

Зимний пейзаж "Рождественской звезды" восходит не только к российским реалиям, но и к нидерландской живописи, главным образом к творчеству Брейгелей. Сам принцип помещения действия в пейзаж сходен с "Поклонением волхвов", "Переписью в Вифлееме" и "Избиением младенцев" Питера Брейгеля Старшего: вся площадь картины заполнена зимним пейзажем со снегом и четкими силуэтами голых деревьев, со множеством фигурок суетящихся людей, и только где-то в нижнем левом углу - волхвы, поклоняющиеся Младенцу, или не сразу заметные Мария и Иосиф, прибывшие в Вифлеем. Пейзаж стихотворения напоминает и другие картины Брейгелей, не связанные с евангельской тематикой, но сходные с упомянутыми характером пейзажа. Это "Зимний пейзаж" Питера Брейгеля Младшего, где на переднем плане - четкие силуэты деревьев, сквозь ветви которых ("Сквозь ... деревьев верхи" (14) ) видны дали, горы, замерзшие водоемы ("Часть пруда скрывали верхушки ольхи") и фигурки людей; а также "Охотники на снегу" Питера Брейгеля Старшего, где открывается вид с горы, покрытой снегом, по которому вместе с охотниками бредут собаки, одна из них оглянулась ("Собаки брели, озираясь с опаской"). В связи с пейзажем назовем также картину немецкого мастера середины XYI века (т.н. Монограммист АВ) "Бегство в Египет", где Святое Семейство движется по снегу мимо зеленых елей, а на карнизе оставляемого строен